Поверженный Казанова

О книге

Это было совершенно сюрреалистическое место: крошечный клочок зимы посреди вечного лета. Искусственный снег в Дубайском горнолыжном центре искрился под ярким светом прожекторов, и вдруг меня накрыла тоска по чистому свежему небу над Скалистыми горами в Колорадо. В конце месяца в Аспене чемпионат, но мы сейчас на другом конце света, на Ближнем Востоке, и вернемся в Америку только на Рождество.

Я заметил оператора, который спускался по склону следом за мной, и прибавил скорость. Обычно меня не особенно напрягали кинокамеры, направленные мне в лицо или в спину круглосуточно, семь дней в неделю, но сегодня это раздражало. Может, потому, что буквально два дня назад мы провели прямую трансляцию с показательного выступления. Может, из-за всего, что случилось: одного из моих лучших друзей чуть не убили, а другого отправили под арест. Может, просто из-за того, что я не мог даже сходить в туалет без оператора с включенной камерой. Как бы то ни было, хотелось хотя бы пару минуток побыть одному.

Перераспределив вес, я вошел в поворот, следя за сцеплением сноуборда на ледяном участке, граничащем с трассой подъемника. Весь спуск занял считанные секунды. Как подготовка к Непалу — вообще ерунда, но все-таки лучше, чем ничего, особенно если учесть, что на улице стояла тридцатиградусная жара.

— Я уже и забыл, какой ты стремительный, — сказал Пакстон, резко затормозив рядом со мной.