Тени Штарнбергского озера

Содержание книги

Леа Тиль потеряла мать ровно двадцать лет назад, и та трагедия как бы упрямо притягивает её к тому же месту, откуда Элиза Бауэр так и не вернулась. Штарнбергское озеро поглотило романтика-историка, одержимого королём Людвигом II, а полиция так и не решила – был ли это случайностью или повторением чужой судьбы. Леа выросла, держась за этот вопрос, примирилась с ответом, построила свою жизнь вдали от баварских озёр; теперь же её вынуждают отправиться туда, куда мать звала её в детстве и к которому она так и не приблизилась.

Научный симпозиум в Берге, отмена брони в последний момент, навязчивый попутчик‑фантазёр – всё складывается как будто кто‑то мягко толкает её к воде, от которой она бежала годы. Леа – историк, привыкший к архивам и фактам, к проверяемым версиям и сноскам. Но у неё в наследство от матери осталась не только внешность и академическая страсть, но и способность молчать, когда крик застревает в горле. Двадцать лет назад девочка замолчала почти год после того, что увидела у озера. Теперь взрослая женщина сжимает ладони в карманах, когда мимо проходят альпийские луга, и отводит взгляд от водной глади, за которой скрывается каменный крест.

Райнер Фаст, болтливый писатель‑историк со сценической манерой рыцаря, первым замечает это – и первым пытается встать между ней и отражением в окне. Леа не просит защиты и не признаёт страха, но его присутствие рядом становится единственным фактором, удерживающим её от возвращения в Бохум.

Она рискует потерять тот покой, который строила десятилетиями. Она рискует узнать о матери то, чего бы предпочла не знать, и открыть для себя истину, которую отрицала всю жизнь. Штайн, научный руководитель и старый друг семьи, ведёт собственную игру, где Леа – не просто ассистентка, а «важное звено». Райнер, несмотря на театральность, громко ругает профессора в пивном дворике, требуя оставить её в покое. А из тумана над озером доносятся шаги, музыка Вагнера и голос, зовущий по имени. Леа не верит в призраков, но они, кажется, верят в неё – и ждут, когда она наконец приблизится ближе, чем позволяет здравый смысл.