#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 36



Глава 1

Лорд Стали не сразу находит его глазами. Во главе стола, на его месте, спокойно сидит король Данила, закинув ноги на стол.
Лорд Стали застывает на месте, глаза сужаются до тонких щелочек — он высчитывает ситуацию на ходу, пытается понять, как именно попал в этот капкан. На собрание его позвал Лорд Сахара, который сейчас сидит в костюме садо-мазо, и кажется единственный из пленных кайфует от происходящего, чертов извращенец.
Лорд Стали смотрит на связанных, на блеск артефактов, а затем — на щенка, который посмел занять его место.
Ледяная ярость рвётся наружу:
— Филинов, ты охренел⁈ — рявкнул он. — Что за херня здесь происходит⁈
Данила пожимает плечами:
— А на что это похоже? Вы все нарушили мой приказ, и я обязан вас наказать, чтобы и другим неповадно было.
Лорд Стали плюётся, в голосе — презрение и ярость одновременно:
— Я лорд-дроу! Я не позволю, чтобы меня отчитывал какой-то смертный! Тебе сколько лет, щенок⁈ Полдесятка хоть есть⁈ Мне триста лет!
— Ой давай только без этого, — качает головой Данила. — Мне некогда с тобой мериться древесными кольцами. Если уж на то пошло, ты не будешь спорить, что Багровому Властелину намного больше лет, чем вам всем вместе взятым. И именно он, со своей вершины «мудрых» веков, решил назначить меня регентом. А значит логично, что вы должны заткнуться и слушаться меня.
Лорд Стали сжимает челюсти. Этот мальчишка подготовился, да еще аргументы нашел железобетонные. Наверняка, кто-то подсказал. Может быть, его альвийка-жена. Наверняка, она за всеми его пакостями и стоит! Не сам же смертный настолько умен и прагматичен!
— Что ты можешь без своей альвы, человечишка⁈
Король Данила удивленно приподнял брови:
— Лакомка? А она тут причем?
Лорд Стали между тем тянется в карман, пальцы нащупывают связь-артефакт, собирается вызвать своих телохранителей снаружи, но в этот момент дверь с грохотом распахивается. В бункер заходит Светка, рядом уверенно шагает Маша. На обеих стихийные доспехи, искрящиеся энергией. Светка кивает коротко Даниле, указав на Лорда Стали:
— Всю охрану этого уложили.
И тут из стены выходит Змейка и кровожадно бросает:
— Ага, фака!
Лорд Стали каменеет, пальцы замирают на устройстве связи.
— Хорошо, — менталист наклоняется к столу и скрещивает пальцы перед собой. — Хочешь жить, Лорд Стали?
Тот рычит в ответ, стиснув зубы:
— Требуешь откуп за мою жизнь⁈ Не дождешься, человечишка! Ты моей монополии не получишь!
— У тебя больше нет монополии, — говорит Данила так, будто это уже давно решено. — Я ввожу антимонопольное законодательство.
— В Багровых Землях такого никогда не было! — рявкает Лорд Стали
— Теперь будет, — отвечает Данила. — Вот мое последнее предложение. Твои предприятия большей частью останутся за тобой, пока служишь мне верно и достойно. Но больше ты не будешь брать откаты. Другие сталелитейные заводы получат право открываться без твоего разрешения.
— Я — Лорд Стали! — рычит он ещё громче, грудь ходит ходуном. — Грандмастер металла! Ты думаешь, заткнёшь меня⁈ Даже со своими жёнками ты меня не одолеешь!
В этот миг Лорд Стали резко обрастает металлическим доспехом. Целиком прорывается толстыми пластинами, зубчатые шипы вырастают на плечах, тело покрывается железной коркой. Он сам себя заключает в броню, кулаки становятся тяжёлыми, как наковальни, а дыхание превращается в рычание кузницы.
— Филинов, тебе хан…
Она затыкается на полуслове: стул, на котором секунду назад сидел король Данила, оказался пуст. Смертного нет. Исчез. Жёны и Горгона пропали вместе с ним, словно растворились в воздухе. В глазах Лорда Стали мелькает растерянность: как Филинов мог телепортироваться, не доставая портального камня?
В этот момент детонируют артефакты во ртах связанных лордов. Череда одновременных взрывов накрывает лордов. И сразу же срабатывают отложенные заряды, расставленные вокруг бункера. Гулкий удар проходит по стенам, каменные блоки сыплются сверху, полы дрожат, стены рассыпаются. Зал охватывает взрыв, и Лорд Стали оказывается погребенным заживо.
* * *
Я переношу жён и Змейку наружу с помощью легионера-портальщика. Пару секунд спустя позади гулко бахает — бункер складывается внутрь себя, заваливаясь каменными блоками и пылью, хороня Лорда Стали под грудами обломков.
Змейка мгновенно прижимает меня четырьмя руками к своей пышной пластинчатой груди, будто инстинкт сработал. Она терпеть не может громкие звуки, а резкая смена пространства после прыжка через портал всегда сбивает её с равновесия.
— Мать выводка, все хорошо! — успокаиваю ее голосом и отлепляюсь от Горгоны.
— Хо-хо, граф вернулся, — радуется Ледзор, протирая топор от крови телохранителей Лорда Стали. — Да еще с громким «бумом»!
Синие Плащи, подошедшие ближе, стоят поодаль и, поражённо глядя на клубы пыли, поднимавшиеся над провалившейся землёй, лишь топчутся на месте.
Прибежавший Ауст тоже застыл, всматриваясь в развалины:
— Регент, ты убил Лорда Стали? — выдавил он, не скрывая удивления.
— Он сам виноват, — равнодушно отвечаю, отряхивая пыль с плеча. — Я посчитал, что мне будет слишком трудно контролировать всю его коалицию, если не устрою демонстративные наказания. Надо преподать урок остальным, чтобы знали цену неповиновения.
Я не стал уточнять, что в число тех, кому этот урок адресован, входит и сам Ауст — сам догадается. Судя по выражению лица, он уже всерьёз задумался.
Ауст только пробормотал себе под нос, глядя на вихри пыли:
— Охренеть можно.
Я отправляю его во дворец вместе с Синими Плащами. Ауст сначала удивляется, чего это мы с женами и Змейкой и Ледзором остаемся, на мое «решили прогуляться» он конечно не купился, но Ауст постепенно учится меня слушаться.
— Наконец ушел, — хмыкаю. — Свет, вместе со Змейкой посторожите здесь.
Блондинка кивает, но всё же не удержалась от вопроса:
— А ты куда?
— Дело в том, что Лорда Стали я не убил, — отвечаю. — Он выжил. И я собираюсь добавить его в Легион.
Через Ломтика я уже убедился, что Лорд Стали, обросший железной чешуёй, через узкий лаз выбрался в туннель, который не был заминирован. На самом деле так и было задумано. Я просто не хотел показывать Ауста что добавлю Лорда Стали в Легион, но и завалом ослабил самого будущего новобранца. Все-таки завалить Грандмастер металла — это не в тапки сходить.
Остальные лорды из себя не представляли такой ценности в качестве легионеров, ну а их память я, конечно, уже просмотрел.
— Одиннадцатипалый, идёшь со мной. Метель, тоже можешь. Змейка, Искра — прикройте тылы, — еще раз повторяю приказ.
Мы с Машей и Ледзором перемещаемся в подземный туннель. Повсюду горят аварийные магические огни. Полумрак, влажный камень, узкое пространство, всё гулко отзывается шагам. И там, из тени, поднимается Лорд Стали. Его тело полностью покрыто стальной бронёй, он словно гигант в чешуе, тяжёлый, как танк.
— Филинов?!! Ты!!! Ты заплатишь за всё!! — надрывается он.
— Маш, держись подальше, — бросаю жене.
Ледзор наоборот шагает вперёд, готовясь танковать. Его глаза вспыхивают азартом:
— Шеф, я хочу с ним схлестнуться. Хочу сам, хрусть да треск!
— Только если наденешь ледяной доспех, — бросаю я.
Ледзор помедлил, обрастает ледяной бронёй — сверкающие пластины, словно выточенные из кристаллов, закрылись на нём. И сразу, не теряя времени, он прыгает прямо на железного гиганта. Два колосса вцепляются друг в друга. Сталь и лёд громыхают. Ледзор рубит топором а потом отбросив орудие лупит кулаками, обросшими льдинами. Лорд Стали тоже не остается в долгу и мутузит того наковальнями на руках. Да еще оба осыпают друг друга металлическими и ледяными снарядами, потому нам с Машей приходится отойти.
Все хорошо да только туннель долго не выдержит. Камни уже сыплются, трещины бегут по потолку, а колоссы уже врезаются спинами и плечами в стены.
— Одиннадцатипалый, в сторону! — рявкаю. — Он сейчас завалит всё!
Ледзор скрипит зубами, но послушно делает резкий откат в сторону, оставляя соперника на моё усмотрение. В ту же секунду я сам рвусь вперёд. Моё тело загорается знакомым шипастым панцирем, демонские когти вытягиваются, острые, как скальпели, сверкнув в тусклом аварийном свете. Я врезаюсь в Лорда Стали, прорезаю его броню, ломаю ослабленные ударами Ледзора железные пластины,. Треск, звон, вспышки искр — и гигант рушится, захрипев, тяжело ударяясь о землю.
Я оказываюсь над ним, нанизав его подбородок на когти.
— Всё, хватит, — говорю я спокойно и принимаюсь за поглощение.
Теперь Лорд Стали больше не угроза. Он — часть моего Легиона со всеми своими родовыми секретами.
* * *
 Лунный Диск (штаб-квартира Организации), Та Сторона 
Хоттабыч снова собрал срочную планерку спустя полутора суток после Багрового Исхода.
— Ну, и что там в итоге случилось? Как я понял из оперативного отчета, главный итог гражданской войны в Нема это то что Багровый Властелин уехал в свой бордель в Оранжевых горах?
Все головы повернулись к Спутнику. Тот не стал тянуть паузу и коротко подтвердил:
— Так точно, Председатель.
Масаса встревоженно смотрела на Председателя, глаза ее блестели беспокойством. Магиня знала, что король Данила не мог выжить в той мясорубке, но надежда, чертова непонятная надежда теплилась в сердце.
Масаса не видела отчет, что сейчас проглядывал быстро Предсдаель… Его сделали в одном экземпляре и передали Хоттабычу, но как выяснилось по следующему вопросу Председателя там было не все:
— И кто этот новый регент, которого назначил Багровый прежде чем свалить куралесить?
Спутник ответил:
— Мы не включили имя в отчет, так как узнали только сейчас… точнее только сейчас смогли перепроверить данные. Это король Данила.
— Что?!! Конунг жив⁈ — на всю переговорную комнату раздается неверящий голос Масасы. Она поднимается с места, будто сама не верит своим ушам.
— Этот парень везде успеет… куда ни ткни — как он уже там, — произнёс Хоттабыч с сухой усмешкой.
* * *
 Исследовательский центр в Чертовщине, Астральный Прорыв 
Габриэлла уже давно работает в Исследовательском центре, дни и ночи сливаются для неё в один сплошной поток. Усталость обрушивается тяжёлым грузом: глаза горят, словно воспалённые, руки дрожат, но она всё равно продолжает сидеть за приборами. Стрелки, шкалы, кристаллы считывания, мерцающие проекции…Она упрямо фиксирует данные, проверяет показатели, вносит корректировки, как будто только её усилия держат этот хаос под контролем.
Леди-херувим прекрасно знает: долго в Астральном Прорыве находиться нельзя. Психика может не выдержать астральных выбросов. Она хотела лишь дотерпеть еще немного, чтобы обрадовать короля Данилу результатами по новым саженцам киксы.
И вдруг замечает в окне— тучи, что висят над Центром. Безумие подкрадывается исподволь, оно скребётся под черепом, цепляется когтями за её сознание. Габриэлла вцепляется пальцами в край стола, ногти режут дерево, но мрак внутри всё равно находит дорогу. Она видит, как из ее тени тянутся черные отростки и гладят ее по бедрам.
Габриэлла выходит на балкон, и тучи захватывают ее разум.
— Выходи, — шепчет она едва слышно, губы еле двигаются.
Из её тени начинают вырываться щупальца — одно за другим, скользкие, дымчатые, чёрные. Огромный теневой спрут, размером с дом, возникает перед ней.
Габриэлла, взмахнув золотыми крыльями, взлетает и садится у него на голову, свесив ноги. Взгляд её затуманен, дыхание сбивается, но голос звучит твёрдо:
— Иди. Снеси Сторожевой город.
Спрут приходит в движение.
* * *
 Мазаки, поставьте плиз книге лайк. Тогда, может, вам Маша подарит мороженку: 





Глава 2

 Багровый дворец, Нема 
Зар выходит во двор встречать Ауста и Синих Плащей. Первым делом он осматривается и сразу замечает, что короля Данилы с жёнами и морхалом рядом нет. Тревога прорывается в голосе:
— Где король Данилы?
Мысль о том, что только что прошла операция по облаве на Лорда Стали, грандмастера Металла, не даёт ему покоя. Потери могли быть серьёзные, а сам Ауст, с его манерой всё держать при себе, вряд ли считается надёжным союзником.
— Решил прогуляться с жёнами после операции, — отмахивается некромаг, выпрыгивая из кареты.
Зар не унимается, топчется рядом, взглядом сверлит.
— Чего тебе? — недружелюбно зыркает на него Ауст, явно раздражённый навязчивостью.
Собеседник всё же старается держать тон вежливым, не желая раздувать конфликт:
— А как в целом прошла операция?
Ауст бросает коротко, почти сквозь зубы:
— Король-регент грохнул Лорда Стали.
— Да ладно! — Зар невольно вскидывает брови и не удерживается от реплики: — Да как он это делает, чёрт возьми?
Ауст пожимает плечами.
— Думаю, всё дело в Рое. Да и в чём ещё может быть?
Зар, конечно, тоже разведал подноготную короля Данилы, но неуверенно покачал головой:
— Фамильный дар Филиновых? Сомнительно. Его носитель же не может позволять заключать более десятка ментальных пленников… Я раскопал все упоминания о Филиновых, как и ты, и знаю их возможности.
Ауст задерживает взгляд на собеседнике:
— Значит, может.
И про себя добавляет мрачную догадку — «возможно, не обошлось без демонов». Действительно, было бы очень странно, что родовой дар из примитивного мира обладал бы могучей силой. Данила же не является потомком полубогини, как его жена Камила. Но Ауст зафиксировал внимание на слухах о том, как род Филиновых когда-то пострадал от демонов под предводительством Короля Теней; этот фрагмент истории нельзя упускать. Высшие демоны, рассуждает Ауст, могли вмешаться в кровь, внести искажение.
А Король Теней способен был использовать род Филиновых, чтобы создать аномального человека, способного удерживать куда больше ментальных заключённых, чем дозволено обычному смертному. Мысль сама по себе неприятна: если это правда, значит в корне изменена сама природа Данилы, и он не совсем обычный смертный. С другой стороны для некромага солиднее подчиняться монстру, чем какому-то жалкому смертному.
Зар молчит, обдумывая сказанное. Ауст смотрит на него:
— Так чего тебе ещё от меня надо?
Вздох вырывается из груди Зара:
— И всё же нам надо решить наши с тобой разногласия. Раз Данила показал себя достойным регентом, предлагаю вместе помогать ему удерживать власть — ведь и мы в выигрыше останемся.
Ауст слушает и не верит этому хитрому прохвосту. Точно сто пудов что-то затевает.
Некромаг прищуривается:
— Всё неплохо звучит. Но есть одно «но». Ты пытался убить меня. И сейчас ты боишься выйти за пределы Багрового дворца, потому что знаешь: тогда я тебя грохну.
Ауст произносит это ровно, почти без эмоций.
Зар пытается оправдаться:
— Кто старое помянет, тому… Да ты на моём месте поступил бы так же!
Ауст хмыкает, его глаза холоднеют:
— Не спорю. Но как бы то ни было, я не на твоём месте — я на своём. И на своём месте мне сильно хочется свернуть тебе шею.
Зар ежится под взглядом некромага. Как он и думал, ответка от Ауста не прилетела только потому, что Данила запретил. Ещё вчера это бы не защитило Зара, если бы он вышел за стены дворца; только здесь Ауст остерегался регента с его свитой из Горгоны, морхала и бомжеватого вида кровника, да ещё рота Рвачей-херувимов сегодня прибывает. А снаружи Ауст бы точно что-то подстроил. Но сегодня, когда Данила точно знал, кто из лордов нарушил его приказ и покинул поместье, такой уверенности нет.
— Хорошо. Твоя гордость задета, — кивает Зар. — Я понимаю, но подумай о будущем. Сейчас мы с тобой находимся у кормушки. О боги, все Багровые Земли могут нам принадлежать как приближённым регента! При Багровом Властелине о таком и подумать нельзя было. Ты — сильнейший некромаг! Неужели ты не хочешь получать плату по заслугам?
Ауст задумывается. Все дроу мстительны, но также все они тщеславны и голодны до власти. Потому Зар знал, куда бить.
После паузы некромаг коротко произносит:
— Ладно, последний шанс, Зар.
Зар протягивает ладонь. Они жмут друг другу руки — формальный знак договора.
Да только внутри Зару колется сомнение: только когда он окажется за пределами дворца, только тогда он сможет проверить, насколько Ауст действительно проникся их договорённостью. Если Зар переживёт прогулку, то, в принципе, договор действительно не фикция. И то не факт — особенно теперь, когда стало ясно, что король Данила может наблюдать за ними в любой момент.
* * *
Мы едем обратно домой, вся компания в сборе: Маша, Светка, Змейка, Ледзор, ну и несменный Колян за рулём. Салон будто гудит от девичьего щебета. Это Маша делится со Светкой о последней драке с Лордом Стали. А Светка и слушает с завистью в глазах, что упустила такой махач. Бывшая княжна Морозова описывает, как в туннеле Лорд Стали сшибся с Ледзором, а потом я вскрыл ржавого как металлическую банку. Подробности она подаёт будто бы ровно, но очень уж сильно акцентирует внимание на описании моих демонских когтей, да ещё щёки у Марии Юрьевны заурчали и глазки заблестели. Светка даже быстрее меня определила причину такой реакции. Бывшая Соколова смотрит, смотрит, да и говорит:
— Это ничего, Машенька. У каждого свой фетиш. И мужской маникюр — не самый экстравагантный.
— Да я вовсе не фетишистка! — возмущается Мария Юрьевна и покраснела ещё гуще. — Я просто тебе рассказываю про поединок.
— Даня, а ты что скажешь? — ехидная блондинка поворачивается ко мне, но я её штучки знаю и себя втянуть не даю.
— Быстрая схватка вышла, — зеваю. — Ничего особенного.
— Ну-ну, — Светка улыбается. — Тебе уже одного Гранда мало, да? Надо сразу троих, да ещё с высшим теневиком вдобавок.
Нет, тот экспромт лучше пока не повторять. На самом деле нелегко бой дался, хоть и лут вышел хороший — один законсервированный Грандмастер телепатии и багаж знаний высшего теневика. Но, как любил повторять наш комбат, сгущенку жрите по чуть-чуть, а то задница слипнётся. Нельзя переусердствовать в поглощении легионеров. Так уж вышло, что я могу набирать больше ментальных пленников, чем мои предки. Жирдяй Гора заигрался в бога и с помощью Короля Теней как-то поучаствовал в моём возрождении. Хотели сделать себе демонский сосуд, а получили демонского утилизатора. Лимит у Легиона высокий, но он есть, и его надо потихоньку растягивать.
Добравшись домой, я наконец-то попадаю в свои новые покои. Комнаты вокруг сияют роскошью, но мне от этого ни тепло, ни холодно — главное, что можно закрыть глаза и провалиться в сновидения. Бесит, что перина мягкая, даже раздражающе мягкая, но сегодня перетерплю. Сон навевает, веки тяжелеют, я уже почти ухожу в дрему, как вдруг через открытое окно с шумом влетает Чернобус, а за ним сразу же протискивается через тень и Ломтик.
— Каррр!
— Тяв!
Оба моих шпиона требуют внимания от своего командования. Приходится сесть и проявить уважение к разведывательной работе.
Ломтику я отдал задачу следить за внутренними помещениями лордов и леди в Неме, их встречами и переговорами. Чернобус же держал под контролем передвижения войск за пределами Нема, разглядывал, где и сколько сил собирают. Но самое ценное — они работали в связке: Ломтик перемещал Чернобуса по всем двадцати восьми провинциям, перебрасывал его прямо в точки с гарнизонами лордов-дроу, где уже шевелилась военная сила. И результат того стоит: я вижу через их воспоминания, что многие из лордов-дроу уже активировали свои войска. Они поставили гвардии в предбоевую готовность, каждый из них вот-вот собирается вцепиться соседу в глотку. Интересно, что о захвате Багрового дворца пока никто не думает.
— Перина слишком мягкая, — замечает Лакомка, плюхаясь ко мне в кровать в ночнушке.
— Да есть такое, — отвечаю небрежно.
Лакомка прижимается ко мне:
— Завтра заменят. Какие новости?
Я, откинувшись и лениво поглаживая альву по золотым волосам, делюсь без спешки:
— Судя по всему, лорды-дроу пока не воспринимают меня как авторитет. Для них я всего лишь инструмент. Раз уж Багровый оставил мне Жезл, свергать меня они не собираются. Нет, у них другой план: обескровить друг друга и, оставив меня на троне, дёргать за ниточки, как марионетку.
Лакомка, устроившись поближе, с лёгкой предвкушающей усмешкой добавляет:
— И ждёт большое разочарование, когда узнают, что Лорд Стали уже не среди живых…
Я согласно киваю.
— Да, надо только рассказать им побыстрее, пока они бросились воевать с соседями.
Отодвинувшись от жены, беру ручку на тумбочке, листок бумаги и быстро пишу записку. Через Ломтика отправляю листок Зару. Тот неожиданно обнаружит его у себя перед носом. Текст короткий: собрать завтра вечером всех леди и лордов, сейчас находящихся в Неме, на бал в честь моего регентства; кого не будет — объявить изменником.
Думаю, такой мотивации будет достаточно. Многие лорды думают, что смогут мной управлять, раз у меня нет большой армии: надо только нагнуть соседа, чтобы не делиться марионеткой… И им невыгодно числиться изменниками в официальных списках.
Утром просыпаюсь в разросшейся компании: помимо Лакомки Настя и Светка тоже развалились рядом. Я уже не помню, как оборотница и блондинка присоединились — заснул-то я только с Лакомкой. У Насти хвост отрос, кстати.
Закинув руки за голову, бужу девчонок по мыслеречи:
— Подъём, сони.
— Зачем так рано, Даня-я-я? — стонет Светка, зарывшись растрепанной головой в подушку.
— Иначе не успеете собраться. Сегодня вечером бал — и кому-то надо наряжаться, готовиться, — усмехаюсь.
И благоверные мгновенно вскакивают в панике: крики, суматоха, беготня, поиски одежды. Девочки выбегают в свои комнаты готовиться, а Лакомка так вообще обращается в ирапис и уносится белой молнией. Я провожаю взглядом благоверных, и с удовольствием, растянувшись на освободившейся от соседок огромной кровати, снова засыпаю.
После получасового сна решаю проведать Бастион. Там, над Лордом Стали, трудится Воронов и гонит его по полигону, нашпиговывая задницу теневыми клинками. Лорд Стали в ярости орёт, и хоть бежит и матерится. Я качаю головой, и эти слова гремят в моей голове.
— Перерыв, — объявляю и подхожу к рухнувшему Лорду Стали. — Как дела?
— Издеваться пришёл, гребаный круглоухий⁈ Я никогда не подчинюсь тебе! — надрывается он, а я силой мысли развиваю клинки, что торчат у него из зада.
— Слушай, у тебя нет выбора. Твоё сознание уже под моей властью.
Он смотрит на меня с яростью и рявкает:
— Пошёл нахрен!
Мне это знакомо: многие легионеры были такими же агрессивными.
Я спокойно замечаю:
— Ну как хочешь. Можно и по-плохому. Курс новобранца ломает даже сильнейших. У тебя будет время адаптироваться, я даю тебе шанс быстрее принять новую работу.
— Я — лорд-дроу! А не наёмная крыса!
— Ладно, всё с тобой понятно, — отворачиваюсь и иду к Воронову. — Возможно, его придётся ломать дольше, чем других. Грандмастер всё-таки. Мне бы хотелось, чтобы побыстрее перестроился и принял командование над когортой магнетизма, но да пусть всё идёт своим чередом.
— С этими Грандмастерами всегда сложно, — вздыхает Воронов.
Легат прав. Чем выше ранг, тем сложнее взять контроль. Я не уверен, что удержал бы Феанора в Легионе, хотя потому что он почти переступил на ранг высшего Грандмастера. Ну как «почти» — ещё не одна сотня лет может понадобиться. А вот высшего Грандмастера я даже рисковать не стану прогибать, пока сам не дорасту до такого же ранга.
Рядом замечаю Винта и спрашиваю:
— Ты всё слышал?
— Да, шеф, — кивает магнетик и нынешний центурион когорты магнетизма. — И скажу, что нисколько не против. Я даже рад буду поучиться у нового центуриона магнетизма.
Я киваю:
— Хорошо. Тогда помоги Воронову адаптировать его быстрее.
— Так точно, шеф.
Что ж, люблю, когда легаты сами проявляют активность. Тогда мне приходится меньше задействовать их дары лично, и есть возможность спокойно делегировать задачи.
— Легат, а у тебя как дела?
— С чем, шеф? — строит Воронов из себя дурачка.
— А ты не знаешь? — хмыкаю. — Я сейчас о техниках Лорда Тени.
— Ох, не напоминай, шеф, — вздыхает Воронов. — Делаю, что могу.
— Тяжело в учении, легко в бою, — читаю прописную истину. — Но, конечно, нужна мотивация посущественнее. Когда-нибудь ты станешь моим легатом — тех легионеров, что начнут вторую жизнь в реальности. И чем сильнее ты будешь, тем круче будет твоя вторая жизнь.
Воронов отводит взгляд как-то виновато:
— Шеф, я тебя не пойму. Я пытался убить тебя и твою семью. Ты правда дашь мне полноценную вторую жизнь?
Я пожимаю плечами.
— Я не забуду, что ты пытался уничтожить моих родственников. Но мне важнее будущее рода, чем ковыряния в старых обидах. Ты в любом случае не сможешь навредить ни одному из Вещих-Филиновых — по щелчку пальцев я могу просто стереть тебя. Но ты здесь, чтобы заслужить второй шанс. Он у тебя будет.
Никакой милости. Второй шанс — это не амнистия, а контракт, где каждый шаг фиксируется.
Воронов вдруг хлюпает носом:
— Эх, шеф, ты так сказал… я аж растрогался.
— Легат, возьми себя в руки, — говорю я, слегка офигев от его приступа сентиментальности. И это бывший головорез? Нет, я, конечно, рассчитывал, что Легион меняет людей, но куда-то не в ту сторону понесло моего сурового легата. Впрочем, зачислим это в пункты человечности. — Ладно, приходи в себя и возвращайся с Винтом за новобранца, — киваю на отдыхающего Лорда Стали.
Сейчас ему достанется по первое число, ну а я возвращаюсь в Багровый дворец и поднявшись с постели иду завтракать.
В компании жен спокойно доедаю омлет да бутерброд с ветчиной, когда просыпается связь-артефакт. На другом конце никто иной как Масаса.
— Леди, как поживаете? — интересуюсь без всякого признака раздражения и тем паче злости.
Голос магини чуть подрагивает, она явно нервничает:
— Конунг Данила, я рада, что вы живы. Хоть вы, наверняка, мне и не поверите…
Я отвечаю с удивлением:
— Откуда такие мысли? Почему это я должен не верить вашим словам, леди?
Она замолкает словно растерянная а потом вдруг говорит:
— Спасибо, конунг Данила, — причем благодарит искренне. — Несмотря на наш конфликт, вы продолжаете верить в мою честность. Это дорого для меня.
— Просто я был свидетелем ваших достойных поступков, — спокойно обосновываю свою позицию.
— Вы добились своего, конунг. Багровые Земли не развалились и вы регент, — говорит Масаса. — Что вы будете делать дальше?
— Вы ведь сейчас звоните не от имени Организации?
Короткая пауза, потом признание:
— Нет… Вы меня не сдадите Председателю? — Масаса словно бы затаила дыхание
Я опускаю взгляд на тарелку, двигаю вилкой остатки завтрака и спокойно говорю:
— А какой в этом смысл? У вас там в секте дофига же народу. Если я сдам вас, другие продолжат дело, да еще придут ко мне мстить. Вряд ли даже сам Хоттабыч сможет достать всех. Я предпочту заключить с вами пакт о ненападении.
Она тихо, почти неслышно отвечает:
— Наша цель не может измениться. Мы добьемся гибели Багрового Властелина.
Я киваю:
— Мне всё равно на Багрового Властелина. Он — большой мальчик, сам о себе позаботиться. Главное — не трогайте меня и мой род.
В ответ она шепчет:
— Вы теперь регент Багровых Земель, а наш план предполагал их падение.
Я холодно отрезаю:
— Тогда вы придумаете другой план. Иначе… — намеренно не продолжаю, а говорю предупреждающим тоном, — Леди Масаса, думаю, вы сами понимаете, что лучше обойтись без крайностей. Вы и так выбрали себе сильнейшего врага из всех возможных. Багрового Властелина хватит вам с лихвой, не нужно еще добавлять в список меня.
Я не жду ответа и вешаю трубку. Да и о чем говорить? Все равно леди сейчас не даст ответа. Пускай размышляет, позже состыкуемся.
Светка сразу фыркает:
— Эх, я бы ей все шоколадные кудри повыдергивала.
Камила бросает на блондинку снисходительный взгляд:
— Потому ты и полевой боец, Светик.
— Да я не про большую политику, — отмахивается бывшая Соколова. — Но меня всё устраивает. Мне достаточно бить фрагов.
Маша сидит молча, но потом тихо, чуть неуверенно произносит:
— Как всё серьёзно… Я даже не могла подумать, что через несколько дней после свадьбы мне предстоит помогать мужу управлять Багровыми Землями.
Я бросаю на бывшую княжну Морозову смеющийся взгляд:
— То ли ещё будет, Мария Юрьевна.
Маша отнюдь не расстроилась, а даже приободрилась. Втянулась в нашу угарную семейку.
— Мелиндо, кстати, ты не забыл, что свадьба Гриши и Насти Лопухиной уже завтра? — напоминает Лакомка и сама же себя поправляет. — Хотя, конечно, не забыл, но вот я отметила.
— Ну как раз сегодня бал отгуляем, завтра пойдём на свадьбу, — киваю.
Лакомка наклоняется ко мне и спокойно говорит, что после свадьбы хочет вернуться в Молодильный сад. Я лишь киваю, не споря:
— Окей.
На самом деле на сегодняшний бал я делаю большие ставки. Ауст и Зар стали заметно более послушными. Моя победа над Лордом Стали действительно здорово их отрезвила. Для лордов это оказался очень наглядный пример, что Багровые Земли я удержу в кулаке. Теперь осталось просветить остальную аристократию дроу. Правда, меня немного волнуют наследники Лорда Стали, но они похоже даже обрадовались пропаже главы рода и уже делят имущество рода.
Между тем все Рвачи давно уже прибыли в Багровый дворец и усилили дворцовую стражу. Теперь можно не бояться принимать в гостях десятки дроу.
Пока же я усаживаюсь в кабинете вместе с Камилой и Кирой. Стол завален картами, списками поселений, заметками по управлению, и я в который раз гоняю мысли по кругу. Вслух замечаю:
— С крупными городами особых проблем не будет. Эти центры не подчиняются целиком одному лорду, значит, там можно проводить свои законы. Правда, придётся потрудиться: ключевые города по-прежнему являются очагами борьбы лордов, но с ними можно работать. Другое дело — Провинции. Вот где засада.
Кира, задумчивая, коротко подтверждает:
— Да, Провинции полностью подчинены своим лордам. Там их слово — закон. А у тебя нет столько людей, Даня, чтобы гоняться за каждым лордом.
Киваю.
— Ты права, Кира Игоревна. Без большой армии я не смогу подмять всех лордов. Останется только сидеть на троне и собирать налоги как регент.
— Тоже вариант, — замечает Кира.
— Вообще нет, — отрезаю. — Я построю нормальное государство, и все охренеют. Придётся быстро придумать, откуда взять армию.
— Пора на бал, Даня, — Камила кивает на настенные часы. Она на собрании сидела в платье, красивая и ухоженная, как принцесса.
— Да, — зеваю.
— Вы идите, а я еще посижу, — Кира утыкается в бумаги. — Мне ни к чему быть на тусовке кровожадных дроу.
— Это точно. Ты их живьем съешь, будущая королева Острова Некромантии — усмехаюсь.
— Ой прекрати, Ваше Величество, — отмахивается Кира, но глаза довольно поблескивают. Самой поди уже не терпится так называться. Серьезный карьерный рост для девочки из провинции в Российском Царстве.
С Камилой покинув кабинет, дожидаемся остальных жен, нарядных, и топаем на бал. Пересекаем стеклянную галерею, и уже издалека слышен гул голосов. Лорды и леди собрались во внутреннем дворе, там же, где недавно состоялся Багровый Исход. Памятное место, учитывая сколько дроу там погибло. Через Ломтика зондирую почву. Один из лордов замечает:
— Лорда Стали нет… наверняка он просто проигнорировал приглашение этого мальчишки.
Слышится смешок, кто-то поддакивает.
Именно в этот момент я с жёнами вхожу во двор. Толпа затихает, все оборачиваются. Я иду прямо к алтарю, поднимаюсь на возвышение и оборачиваюсь к собравшимся.
Мой голос звучит громко, отчётливо:
— Лорд Стали и десяток лордов из его коалиции… Лорд Шерсти и… — я перечисляю имена один за другим, давая им упасть в тишину, — приговорены за измену. Они обвиняются в ночном сговоре против меня. Наказание — смерть.
В толпе раздается громкий смешок, многие усмехаются, а кто-то насмешливо фыркает, мол, на кого ты позарился глупый смертный? Лорд Стали тебя пережует и не заметит.
Этой реакции я и дожидался чтобы спокойно добавить:
— И приговор уже исполнен.
Толпа дружно ахает. Сотни глаз смотрят на меня. У многих челюсти буквально роняются вниз, леди ошеломлённо переглядываются, в глазах читается растерянность.
Я продолжаю, не спеша:
— Их предприятия в Нема переходят под моё управление. Родовые поместья я не трогаю. Но в связи с плохим исполнением моего первого приказа — он продублируется еще раз. У вас вторая попытка. Сегодня ночью никто не смеет покидать свои поместья. А пока же… веселитесь.
Я разворачиваюсь и ухожу вместе с жёнами. Двор остаётся в гробовой тишине. Лорды стоят в шоке, будто у них выбили опору из-под ног. Леди не знают, куда смотреть, куда себя деть. Правда, некоторый юные милашки пытаются меня задеть ручками, чтобы, по-видимому, обратить на себя внимание, за ними я замечаю и Гюрзу, которая кривится от поведения своих сверстниц.
Прохожу мимо Лорда Хлопка и Лорда Угля. Эти двое Грандмастера буквально сверлят меня гневными взглядами, будто хотят прожечь дыру прямо в моей спине. С не меньшей яростью они смотрят друг на друга: холодно, зло, так, словно в следующую секунду готовы вцепиться соседу в горло и вырвать клок плоти. Я чувствую этот накал и только пожимаю плечами. Пусть бал и будет неловким — мне здесь особо делать нечего. Лучше уйду и займусь тем, что действительно важно: медитацией, проверю Троегласа, прокачаю техники.
Едва покинули двор, как в сознании вспыхивает сигнал от дежурящего Ломтика. Картинка простая и однозначная: два лорда разорались и затеяли ссору грозящую перейти в дуэль. Я выдыхаю, разворачиваюсь и решаю вмешаться лично. Появляюсь на месте — и вижу, как толпа уже расходится широким кольцом вокруг этих двоих. Гул голосов, ругань, крики. Оба лорда стоят друг против друга, которые кричат как полоумные и уже готовы устроить схватку.
Я выхожу вперёд, чтобы все видели:
— Лорды, а у меня вы не хотите спросить разрешения, прежде чем устроить дуэль?
Красноволосый хмуро отвечает:
— Вас не было, регент. Поэтому мы решили, что справимся сами.
Ага, конечно, а сказать Ауста или Зару, которые остались во дворе, тоже не судьба? Как пить дать готовилась провокация.
Я усмехаюсь, не скрывая иронии:
— Ну что ж, раз уж так рвётесь, то дуэль так дуэль. Только оружие выберу я на правах хозяина вечера да и вообще регента. Будете рубиться… в шахматы.
Мгновение тишины, и пока два дуэлянта что-то кричат, доказывая мне, что им надо биться на мечах и магии и только так, я улыбаюсь, а слуги заносят стол, стулья и шахматную доску. Я киваю Грандбомжу и Ледзору:
— Проследите за лордами.
Грандбомж встаёт позади красноволосого, кровавыми щупальцами пододвигает ему стул упирая в колени так что он падает на сидушку. Зелёноволосому Ледзор кладёт руки на плечи и почти силком усаживает его за доску. Ледзор подбадривает с привычным сарказмом:
— У тебя белые, хо-хо! Давай, делай ход, салатный. Я в тебя верю.
Против Грандмастеров не попрешь. Оба лорда покорно молча, скрипя зубами, начинают игру. Фигуры стучат по клеткам. Я же слежу за зрителями: кто-то очень хотел спровоцировать скандал прямо на моём первом празднике, показать, будто я не способен контролировать даже собственный бал. Да только я способен и еще как!
* * *
Когда бал завершился итогом в десять шахматных дуэлей и нулевой смертностью, мне решил позвонить лорд Димирель из Херувимии:
— Король Данила, не могли бы вы успокоить Теневого спрута?
Я нахмурился:
— Но он же у Габриэллы.
Димирель тяжело вздохнул, голос у него был, как у человека, которому уже не до приличий:
— Похоже, моя дочь сошла с ума… и собирается уничтожить собственный народ.
Интригующе. Что ж, бал закрылся, и я, решив закончить вопрос за пару часов, достаю портальный камень. Светку и Настю тоже беру с собой — боевым благоверным полезно развеяться и руки размять.
Лакомка, проходя мимо, бросает с усмешкой:
— Ты успей только на свадьбу Гришки.
— Хорошо, — отвечаю я. Времени катастрофически мало, но выкручиваться всё равно придётся.
Воронка вспыхивает красноватым светом, и в следующее мгновение нас выбрасывает уже в Херувимию. Мы оказываемся в своей усадьбе. Тавры теперь стоят на охране моих владений здесь, а Рвачи размещены в Багровом дворце, так что порядок держится на обоих фронтах.
В портальном зале меня встречает Дибурд. Воевода докладывает коротко, по-военному:
— Конунг, лорд Димирель сейчас за стеной выстроил своих херувимов, готовится к столкновению с леди Габриэллой.
— Машину подай.
— Уже залитая ждет, конунг
Через считанные минуты мы уже мчимся к ставке Лунокрылых под свинцовой завесой туч, которые не думают уходить. Встречает нас сам Димирель, за его плечом возвышается Ангел, который недавно выбыл из Организации.
— Король Данила, времени уже нет, — лорд-херувим указывает рукой на гигантскую теневую массу, что ползёт прямо к нам, как гора из мрака.
Ангел поворачивается ко мне и спрашивает прямо:
— Сможешь разобраться с моей сестрой? Спасти её?
— Конечно, разберусь, — отвечаю я коротко. — Подождем только Спрута. Он дойдет до нас минут за пятнадцать.
Немного соврал. Теневой провозился дольше, и добрёл только через двадцать минут. Видок у Спрутика, конечно, знатный — огромный теневой спрут-кадзю, чьи щупальца тянутся к облакам. А на его башке, хлопая золотыми крылышками, восседает Габриэлла — крошечная блондинистая фигурка.
— Спрутик, иди сюда, — приказываю я. Тварюшка сразу откликается, протягивает ко мне щупальца. Я поднимаю руку, глажу его по отростку и усмехаюсь: — Хороший мальчик. Тётя Габриэлла не обижала? Ну ладно… давай временно тебе сменим хозяйку.
Втягиваю силу Спрута внутрь тени Насти.
Габриэлла взвизгивает, теряя опору под собой, и срывается кометой вниз. На лету накрывается световым доспехом. Из неё вырывается золотое облако, летит прямо в меня, но я мгновенно перекрываю удар стальными заслонами — позаимствованными у Лорда Стали, — и в тот же миг встречной пси-волной бью леди в лоб. Удар чёткий, выверенный — и тело обмякает. Она падает в руки Ангела, который рванул вверх и поймал сестру.
— Сейчас придёт в себя, — бросаю я, уже проведя нужные манипуляции.
Блондинка открывает глаза, смотрит мутно, ещё не понимая, где находится, и едва слышно шепчет:
— Король Данила…
— Ага, он самый, — киваю я. — У вас ещё силы есть? Тогда наденьте доспех и готовьтесь.
— К чему готовиться? — хмурится Ангел, поддерживая сестру.
— К схлопыванию ловушки, конечно.
Я поднимаю взгляд — и как раз в этот миг тучи над нами разрываются. Из них, словно чёрный дождь, начинают сыпаться черные твари.
— Твою ж мать! — взрывается Светка. — Нам же с Настей ещё к свадьбе Гришки накраситься успеть надо!



Глава 3

 Невский замок, Невинск 
Через портал Камила выходит в нарядном платье и уложенной прической. Сначала оказывается в портальном зале, проходит через привычные коридоры и направляется в зал для встреч. Там её уже ждут Ольга Валерьевна и Владислав Владимирович. Атмосфера деловая, но Камила заранее понимает, что ее яркий наряд будет выглядеть не совсем уместно.
Жгучая черноволосая королева мило улыбается и поясняет:
— Прошу прощения за мой вид. Просто скоро иду на свадьбу Григория Калыйр. Поэтому вынуждена прибыть не в деловом костюме, как следовало бы для подобной беседы. Просто мой супруг-король настоял, чтобы я лично как можно скорее оповестила Его Величество Царя Бориса об изменении списка титулов моем и моего супруга.
— Эммм, и что же изменилось, Ваше Величество? — Красный Влад не сразу находит слова. Вид брюнетки впечатлил Владислава Владимировича. Ух, хороша королева! Красивые все-таки женщины у Данилы, да еще и нашу Олечку, возможно, захомутает.
Камила сдержанно улыбается:
— Король Данила велел передать, что он теперь является регентом Багровых Земель, а я — его вице-регентом.
— Ваше Величество… — опешила Ольга Валерьевна, машинально проведя рукой по воротнику пиджака. — Это неожиданно! Я вас искренне поздравляю, Камила Альбертовна!
— Благодарю, Ваше Высочество, — мило улыбается брюнетка.
Владислав Владимирович застыл как вкопанный, пытаясь переварить услышанное. Сейчас в его ушах гремело эхо от падения рейтинга родов. Он пробормотал одновременно с удивлением и облегчением.
— Хорошо, что я удержал Борю от того, чтобы схватить Даню… — выдохнул Владислав, но заметив как пристально смотрит на него Камила, тут же опомнился и поправился. — … И поставить своим советником, конечно же, — улыбается начальник Охранки. — Регент Багровых Земель — должность куда выше.
— Даниле Степановичу пришлось взять на себя эту ношу, — бросает Камила не без гордости. — Чтобы удержать Багровые Земли в мире. Надеюсь, у нас получится.
— Конечно получится! — Ольга Валерьевна улыбается, радостная за Данилу Степановича. — Я даже не сомневаюсь!
— Спасибо, — Камила благосклонна кивает. — Что ж, тогда я пойду с вашего позволения. Свадьба скоро.
После короткой паузы Красный Влад добавляет, уже более официальным и ровным тоном:
— Да-да, мы приняли новость, Ваше Величество. Спасибо большое за то, что оповестили.
* * *
 Киото, Япония 
Императору приносит известие Нобунага, подбежавший на поле:
— Небесный государь, король Данила велел передать, что теперь он — регент Багрового Властелина.
Император сдвигает брови, тяжело дыша. Он как раз играл в русскую лапту и забил добрый десяток мячей. Энергозатратная вещь. Только русские могли додуматься лупить битами по мячам. Но игра захватывающая, стоит признать.
— Вот значит как? Могущественного мага по имени Багровый Властелина я видел своими глазами на свадьбе Данилы, — размышляет Император. — Его сила не сравнима ни с одним другим магом, и, думаю, даже десяти Грандмастерам не удалось бы его одолеть. А теперь этот юный русский объявлен регентом, возможно, самого сильного существа. Ситуация меняется радикально. Придётся считаться с положением короля Данила.
Он понимает: пытаться опрокинуть или перехитрить Данилу теперь может быть чревато. Любые попытки давления рискованно, а прямое противостояние грозило бы катастрофой. Хоть сам Император и не пошел бы на такую авантюру, ибо имеет совесть и предпочитает честные сделки, но теперь даже мысль о ней становится опасной. Придётся принимать новую расстановку сил как реальность и как серьёзный риск для дальнейшей политики.
Император перебирает в уме заключённые договорённости. С Данилой уже согласован обмен: девять Островов Специй передаются Японии в обмен на три японских острова. Сделка может и сомнительная с точки зрения выгоды, но пути назад нет. Нарушить её — значит бросить вызов не только Даниле, но и всем Багровым Землям, и последствия окажутся непоправимыми.
Нобунага смотрит, как Император осмысливает новость, не прерывая.
— Ода, передай королю-регенту Даниле, что японский Император желает ему всего лучшего.
— Как прикажешь, Небесный государь, — кланяется Нобунага, а сам думает, что замок Рю но Сиро, который он когда-то отдал Даниле, теперь точно окупится сто крат. Король-телепат не жмот и позволит своим хорошим старым знакомым торговать на Багровых Землях, а это же просто гигантские рынки сбыта. Пора увеличить производственные мощности и производить кучу шмотья и прочей продукции славного рода Нобунага.
* * *
Мы с гвардией херувимов отступаем на возвышенность, и только на плоской вершине холма удаётся перевести дух. Сверху видно всё поле — и картина жуткая. На равнине кипит море чёрных астролососов. Твари непрерывным потоком льются прямо из черных туч, вернее из большого по диаметру круга. Это именно астралососы. Называть их Демонами язык не поворачивается: слишком уж они одинаковые, словно склёпанные на одной фабрике. Искусственные порождения — чистое порождение чужой воли.
Светка и Настя присвистывают от увиденной картины. Габриэлла уже набралась сил с помощью зелья Лакомки и теперь дрожит золотыми крыльями. Ангел рядом со мной громко ругается:
— Откуда они только валятся⁈
И действительно, это больше похоже не на нападение, а на стихийное бедствие. Словно из дыры в небе сыплется бесконечный мусор. Чёрные тела летят вниз целыми стаями.
Я коротко бросаю:
— Велите сканерам проверить что там. Пусть ищут источник.
Лорд Димирель мрачно отвечает, голос у него словно скрип железа:
— Король Данила, я уже велел. Они ничего не видят.
— Тьфу, да как не видят, отец! — ругается Ангел, и глядит свирепо на опустивших глаза сканеров. — Да ну как такое может быть! Не с неба же они валятся!
— Брат, тише… — просит Габриэлла.
— Да какой тише! Ты видела⁈ Видела⁈
Я хмыкаю на горячность Ангела, мой же взгляд всё еще прикован к чёрной массе внизу. Светка и Настя тоже молча вглядываются в бушующий поток, а тяжелые громобои по соседству палят изо всех сил. Удары рвут ряды астралососов, но толку почти нет. На месте одного разнесённого десяток вырастает новый, и орда только растёт. Не бой, а мясорубка без конца.
Мой собственный сканер, кстати тоже молчит. Пустота, будто там ничего нет. Но я не полагаюсь только на энергозрение. Закидываю как можно выше ментальный щуп — и вот тогда становится ясно. В самой сердцевине туч притаилось огромное чудовище. Оно и есть сердце этого конвейера. Именно оно производит этих уродов, как фабрика. А клубящиеся тучи вокруг служат ему щитом, плотным энергетическим заслоном. Ни один сканер, не будучи Грандмастером как Спутник из Организации, туда не пробьётся. Ловушка Горы сработала на славу.
Я прищуриваюсь, и слова сами срываются с губ:
— Где не справится сканер, выкрутится телепат. В небе сидит ментальная тварь. Демон или что-то близкое.
— Тварь создает астралососов? — поражается Димирель.
— Видимо, так. Не мешайте, — предупреждаю я следующий вопрос лорда Дома Лунокрылых, и могучий херувим захлопывает варежку
А то вопросов много, а ответы опять мне доставать. Ломтик через теневой портал перекидывает усилийку — артефакт Горнорудовой. Сжимаю его в руке и направляю ментальную энергию прямо в клубящийся центр черных туч. Ведь черные клубы по своей природе это и есть ничто иное как психическая энергия. А телепатию лучше всего бить телепатией. Ментальный удар выходит резкий, как раскат молнии. Завеса начинает рваться, тучи рассеиваются, астральная защита трещит и исчезает под моим напором. И в тот же миг прорванные тучи раскрывают нутро.
Ряды херувимов на холме разом отступают назад, лица у них бледнеют, они с ужасом смотрят то что открывается. Среди них и Габриэлла с Ангелом, и сам лорд Димирель — даже они подались назад.
— А куда вы все отошли? — удивленно оглядываюсь я на херувимов. Со мной остались стоять только жены.
— Пускай отходят, Даня, — ехидным голоском замечает моя блондинка. — Не все такие крепкие на желудок, как мы.
— Ну, Светик, — Настя в облике волчицы укоризненно посмотрела на «сестру». Оборотница по природе своей такая же боевитая как блондина, но язычок у нее не такой острый. — Может, они слишком ранимые, зато поют хорошо. — Хотя нет, беру свои слова обратно. Так уделала лорда Димиреля что он с дочерью и сыном пристыженно поспешили назад.
— Хмм, — Димирель поспешил сгладить свой недавний конфуз и поднял ужаснувшийся взгляд к небу над головой. — Король Данила, ты знаешь что это, простите боги, за чертовщина?
Там, в самом центре, клубится чудовище, огромная чёрная масса, похожая на зияющую пасть, раскрытую прямо в небесах. Из этой пасти одно за другим выплёвываются новые астралососы. Прямо водопад тварей льется вниз. Орда ползёт прямо на возвышенность, где мы засели плечом к плечу — я, херувимы, мои жены. Тяжелые громобои, установленные по периметру, пока их косят сплошником, но энергозаряды не бесконечны. А вот твари почему-то не заканчиваются.
Ангел предполагает:
— А это, часом, не сам бог Гора?..
Я качаю головой:
— Не похож на него….
— Ты видел Гору? — удивленно восклицает Габриэлла, да и Ангел с Димирелем прифигели.
— И выжил? — добавил Ангел.
— Как видишь, лорд, — хмыкаю. — Гора не способен воплощаться в реальности полностью. Даже в Астральном Прорыве он лишь проявляется как призрак. Да и хоть эта штуковина огромна и сильна, до астрального бога не доросла. Кажется у нее даже сознания нет, только имитация.
— Тебе виднее, король, — растерялся Димирель.
Прищуриваюсь на клубящуюся чёрную массу, что давит своим присутствием.
— Что ж… значит, придётся лететь и взрывать эту херовину. Справитесь, лорд?
Димирель отвечает угрюмо, с сожалением:
— У нас слишком мало взрывчатки. К тому же портальный камень здесь не работает, тварь как-то глушит их. Мы не сможем собрать отряд саперов.
— А сколько у вас взрывчатки? — интересуюсь.
— Полсотни артефактов.
— Негусто для такой громадины, — замечает Светка.
— Хватит, если закинуть в пасть, — отвечаю. — Обвесьте Ангела всем, что есть. Этого должно хватить, чтобы пробить брешь.
— Хочешь отправить туда именно моего сына? — угрюмо спрашивает Димирель.
— Он сильнейший в твоей гвардии, — пожимаю плечами. — А я трофейные крылья не прихватил.
Ангел кивает и гордо расправляет плечи:
— Отец, я пойду. Король Данила прав — я сильнейший!
— Только в гвардии своего папочки, — Светка решает остудить нарцисса, хотя сейчас бы могла и промолчать, а то еще передумает.
Ангел окутывается в световой доспех, затем ему подают сумки с взрыв-артефактами. Могучий херувим перекидывает ремни на плечи, благо они у него широкие как плотина. Я оборачиваюсь к Габриэлле:
— Леди Габриэлла, неудобно просить, но вы не понесете меня рядом с вашим братом?
— Конечно, — отвечает она посмотрев на лорда-отца.
— Даня, ты тоже полетишь? — завидует Светка. — А мне нельзя с вами?
— И мне? — скромно добавляет Настя.
Представил я в небе всю нашу разношерстную компанию — телепат, огневик и волчица, и стало похоже на какой-то анекдот, а не молниеносную диверсионную вылазку.
— Лучше посторожите громобои, — киваю на громыхающие пушки.
— Король Данила, надеюсь, ты сбережешь моих детей, — роняет Димирель.
— Либо сам с ними погибну, — отвечаю. — Что вряд ли случится.
Впереди взлетает Ангел. Чуть выше вспыхивают его крылья, он взмывает в небо, увешанный сумарями, похожими на баулы барышников. Я перекочевываю Спрутика из тени Насти в свою, и Габриэлла хватает меня за плечи, мы следуем за лордом-херувимом. Я выпускаю пси-копья, и они нокаутируют крылатых астролососов, которые пикируют на нас из туч. Воздух прорезают визги, грохот, хлопки крыльев. я даже не одним движением — одной мыслью — разрезаю их потоки, но они нескончаемы.
Вперёд вырывается огромная стая, десятки тварей наваливаются на Ангела, сбивая его вниз. Нет, он конечно мочит их световыми копьями, но только тварей слишком много
Эх, не долетел. Я сбиваю стаю псионикой, и спасенный лорд с трудом удерживается в воздухе.
— Скидывай сумки, лорд, — разочарованно бросаю.
— Но…как же план? — Ангел в замешательстве.
— Ты все равно не пробьешься, — констатирую факт. — Скидывай.
Он срывает ремни с плеч — и сумки с артефактами летят вниз, прямо в самую гущу. В следующий миг вспышка освещает поле, грохот прокатывается, и взрывной удар разносит сотни тварей в клочья. И всё же орда мгновенно закрывает брешь.
Ангел с яростью рычит, голос его полный бессилия и злости:
— Чёрт!..
Бросил он как-то неглядя, вслепую, и громобои чуть не обронило ударной волной. Ну хотя бы не на своих скинул. Хоть на этом спасибо.
Габриэлла переводит дыхание, прижимая меня крепче к своей груди, хотя для этого ей надо напрягать руки:
— Король, что мы делаем дальше?
Я отвечаю не задумываясь:
— План «Б», конечно же.
Она держит меня в воздухе, но крылья вздрагивают:
— Король, у тебя есть план «Б»?
— Конечно! — слегка обижаюсь я.— У каждого уважающего себя телепата есть план «Б».
А также план «В», «Д», «Е»… но об этом промолчим, а то уже родовыми секретами попахивает.
— И какой у нас план «Б»?
— Швыряй меня прямо в эту летающую гору.
— Нет! — резко выдыхает блондинка, почти с криком.
— Леди, не боись, — настаиваю я. — Подобраться мы сможем. Твари боятся псионики.
— Но это ж чистая смерть!
— Самоубиваться я точно не собираюсь, — усмехаюсь.
— Я беспокоюсь вовсе не о тебе, король. Меня же убьёт королева Светлана, — обречённо произносит Габриэлла.
Немного теряюсь:
— А! Об этом я как-то не подумал…
Габриэлла уже летит в сторону летящей горы. Какая она послушная. Впрочем, все мои знакомые постепенно учатся мне верить на слово.
Псионикой отгоняю тварей, а потом Габриэлла еще раз подтвердившись, уверен ли я, разжимает руки. Подлетать близко к летающей горе мы не стали, слишком уж много кружит тварей, а леди ведь еще назад возвращаться. Я просто велел ей подняться выше, а там уже парашют из Тьмы и магия воздуха доставляют меня к цели.
Я лечу прямо на «спину» черной твари. В падении обращаюсь в Лорда-Демона: шипастого, рогатого, клыкастого. С рыком врезаюсь в клубящуюся тьму.
Еще до прыжка понимаю: это не просто гигантская тварь. А когда приземляюсь уже и сомнений нет. Оно всасывает меня, как пасть, затягивает всё глубже. Я проваливаюсь в черную пустоту, теряя ориентиры. Свет исчезает, остаётся одна только вязкая тьма.
И вдруг, прямо в этой бесконечной темноте, раздаётся гулкий, раскатистый смех:
— Ха-ха…
Я оказался внутри Расширения сознания.
* * *
 Астральный Прорыв, Херувимия 
Света видит, как Габриэлла с размаху швыряет её мужа, короля Данилу, который для нее всегда останется дерзким непоседливым, но обожаемым Даней, с огромной высоты и он уносится в эту чёртову летающую гору. Внутри Светки всё вскипает. Гнев застилает глаза, в горле стучит адреналин. Она не думает — кричит, и голос рвётся наружу как выкрик войны:
— Да она совсем страх потеряла!
Габриэлла без проблем подлетает обратно на холм, скидывает световой доспех и открывает рот, видно — она собирается оправдаться, объяснить поступок, зная суровый характер королевы Светланы, да и честно говоря она не меньше побаивается и волчицу Анастасию. Но оправдания тонут в мгновении. Света не даёт ей и слова произнести. Она хватает Габриэллу, заламывает руки, опрокидывает броском и почти вколачивает лицом в землю; тон её — стальной, без тени сомнения:
— Ты чего думала, прошмандовка златокрылая? Думаешь раз из «высшей расы» всё тебе можно⁈ Сейчас я впечатала тебя, — Светка шипит, — знаешь почему это сработало, а, высокорасовая? Потому что мой муж дал мне силы. И за него я тебя сейчас порву!
Вокруг моментально напрягаются Димирель, Ангел и остальные херувимы. Настя, нахмурившись, бросает предупредительный возглас:
— Светик, держи себя в руках! Успокойся.
Но Света и сама замечает, что Габриэлла не пытается даже надеть обратно доспех, хотя могла бы обмотаться стихийным щитом. Это приводит блондинку в чувства.
Света отпускает златокрылую леди и отходит:
— Ладно, рассказывай.
Габриэлла, наконец свободная от захвата, выдыхает шумно и говорит ровно, будто пересказывает инструкцию:
— Король Данила сказал, что его надо бросать, и я бросила.
— И это всё⁈ — офигела Светка.
— Всё, — кивает Габриэлла и совсем не чувствует себя не в своей тарелке. — А разве вам король Данила не так же дает распоряжения?
Бывшая Соколова переглядывается с Анастасией.
— Так, вообще-то, — вздыхает Настя
Света, всё ещё в состоянии внутреннего раскалённого недовольства, оборачивается к херувимским сканерам:
— Блин, вы его чувствуете?
Сканеры вопросительно смотрят на Димиреля.
— Отвечайте королеве, — требует лорд.
— Как только короля Данилу поглотила это летающее нечто, мы его больше не ощущаем. Энергия «нечта» закрывает его.
Светка рычит сквозь зубы, не владея собой:
— Какого Астрала! Куда пропал Даня? Я его… тоже не ч…. — прикусывает она язык, ведь постоянная мысленная взаимосвязь между всеми членами их родами — это родовая тайна, одна из важнейших. — Не вижу я его!
— Потому что он внутри твари, леди, — кивает Димирель.
Света прислушивается к себе. Нет, от Дани нет сигнала. Но хоть дождь тварей прекратился литься. Как раз вовремя, ведь громобои уже разрядились. Света смотрит на бурлящие на равнине твари.
— Надо мочить астралососов, чтобы отвести душу, — решает она. — Да и вообще бы хорошо пробиться к Сторожевому городу. А то зря что ли Даня нырнул в эту черную гору? Пробьемся и привезем больше громобоев с подкреплением.
— Слова истинной воительницы, — кивает Димирель и начинает давать распоряжения гвардии на прорыв. Подмогу все равно не взывать. Связь-артефакты в Астральном Прорыве не работают… но работает мыслеречь Вещих-Филиновых. Потому Светка уже вызвала подмогу, но говорить об этом не стоит. Пускай Лунокрылые радуются уже по факту.
* * *
Я оказываюсь в каком-то туннеле с плавающими стенами. Странное Расширение сознания. Внутри него да, может происходить что угодно. Это ведь карманное измерение, по сути. Но никогда не видел, чтобы оно могло и снаружи принимать облик твари, производящих конвейером другие твари поменьше.
Но вернемся к туннелю. Стены не стены, а зыбкие полотна — картины, что живут собственной жизнью: на них рождаются и умирают сцены, люди, города, и всё это шевелится, переливается, выстраивает смысловые цепочки прямо у меня на глазах. Я пытаюсь схватить за мысль одно из изображений — оно ускользает, как рыба.
На одной картине вырастает багровый великан. Вокруг него вертятся синие и багровые шары, они падают, сжимают горы, выравнивают равнины — каждый их полет меняет ландшафт, словно кто-то поправляет карту мира. Рядом, неторопливо, работает огромный кузнец с молотом. Он кует гигантские машины, которые изрыгают ливни огня, испаряя океаны и создавая пустыни.
Узнать гигантов несложно, хоть второго я вживую еще не видел. Багровый Властелин и Древний Кузнец. Надо же, а Хоттабыч не врал, и эти двое действительно были намного сильнее нынешних себя. Если эти комиксы, конечно не врут.
На другой живой картине появляется новый образ — гигант в синем доспехе, его фигура будто утопает в бурлящем море псионики. Волны энергии накатывают на него, обвивают, переливаются, превращая доспех в сияющий маяк.
И вдруг из самой глубины туннеля разносится раскатистый голос:
— Когда-то, в начале мира, психической энергии было так много, что её избыток переполнял всё живое. Люди тогда были бессмертны, их жизни не знали конца. И именно тогда полубог Астрал создал Океан душ, чтобы утилизировать излишек силы. Он обрек живые существа на перерождение или забвение.
— Ага, — говорю я вслух, — рассказывай сказки. Попробуй ещё убедить меня, что ты хочешь вылезти из Астрала, чтобы помочь людям жить вечно.
Бог Гора — а это именно он со мной говорит — отвечает, и его голос давит, гремит эхом прямо в голове:
— Подумай хорошо…
Вообще интересно. Самого Бога Горы здесь нет, только голос. Я на сто процентов уверен что это не его Расширение сознания. Тогда чье же?
— Подумал. Я не помогу протолкать твою жирную задницу в мир живых.
— Филинов, если ты не пойдёшь со мной на сделку и согласишься зайти в свою усадьбу, останешься гнить здесь вечно.
Забавно он выбрал кнут и пряник. Но я не флаг на ветру.
— Вещий-Филинов, попрошу, жирный, — фыркаю и потираю браслет — вернее, инкрустированный камень Жартсерк. Тут же кристалл отзывается ярким сиянием.
Рядом появляется освобожденная демонесса Шельма. Почти голая, лишь в намёке на одежду, обнажающей ее идеальную фигуру. Улыбка у неё такая же, что и всегда: смесь издёвки и приглашения.
— Давно ты меня не звал, внук Филинова.
Я криво усмехаюсь,
— Я тебе в кристалле устроил царскую жизнь с НПС, которых ты нещадно эксплуатировала и убивала — и до сих пор ты не сильно-то жаловалась.
Она смеётся — лёгкий, обманчиво нежный звук, — и шутка её греет, как яд.
— Мне там, правда, было неплохо. Спасибо за обустройство моего жилья. А где мы сейчас? — спрашивает она, глаза любопытно блестят.
— В Расширении сознания, — отвечаю я задумчиво. — Не знаю в чьем, но бог Гора все пытается уломать меня зайти в мою же собственную хату.
Шельма виновато качает головой:
— Ой, бог Гора⁈ Помочь я не смогу. Тут я бессильна. Не мог выбрать себе в противники кого-нибудь поскромнее?
— Да не парься. Я тебя чисто за компанию позвал, — отмахиваюсь. — Просто скучно одному. Легионеров не хочу вызывать, чтобы энергию зря не тратить. — Я и так много выдул на усилийку. — А ты Демонесса и чувствуешь себя здесь комфортно.
Пластырей пока еще хватает, но неизвестно сколько здесь я пробуду. Никто не способен вечно удерживать Расширение сознания, но козла, это всё устроившего, явно заряжает сам Гора. Так что нужно запастись терпением.
— «За компанию», значит, — протягивает Шельма и облизнулась. Она подходит ко мне и касается нежными руками моей груди. — Внук Филинова, а ведь мы можем отлично провести время. Мм?
Чертовка, конечно, соблазнительна, но я знаю уже на опыте и знаю что с Демонессами только свяжись, потом не отстанут.
— Как думаешь, эти картинки правда? — проигнорировав ее приставания, указывая на движущиеся «голограммы», что текут по стенам туннеля. Мужик в синем доспехе все еще ковыряется с Астралом, наполняя Океан душ псионикой.
Шельма раздосадованно вглядывается в картины и ее тонкие брови поднимаются.
— Слушай, очень может быть, — отвечает она. — По крайней мере их содержание совпадает с тем, что я слышала сотни лет назад.
— Ты раньше слышала про Астрал?
— Конечно. Я ведь там жила как и все Демоны.
— Я про полубога по имени Астрал.
— А! — хлопает себя она по лбу. — Да, он по сути — наш прародитель. Не было бы Океана Душ — не было бы Демонов. А вообще зря ты меня отвергаешь, внук Филинова! — ни с того ни с сего переходит она. — Может быть, нам жить осталось совсем немного, и незачем упускать возможность для нас обоих насладиться напоследок…
Не слушаю ее трепет, а пытаюсь через ментальный канал достучаться до жён. Не сразу, но выходит
— Иска, что с тварями?
— Даня наконец-то! С тварями все ок! Перебить эту орду не составит труда. Дождь ведь кончился.
— Ага, потому что энергия Расширения пошла на удержание меня, а не на производство тварей, — киваю. — Значит, разберитесь с потоком тварей. Прорубите себе путь к Сторожевому городу. И подмогу вызвать не забудь.
— Поняла.
— Ну и оставайтесь на связи.
— Кто бы говорил! Я, знаешь, как волновалась! — упрекнула блондинка.
Вообще да, приручил я жен к постоянному контакту и своей поддержки. Не очень это хорошо, и надо предусмотреть программы поведения жен на подобное.
Иду с Шельмой по туннелю; полотна на стенах сменяются одна другой: иллюстрированный бред — легенды, мелкие войны, сцены, где люди продают души за бессмертие. Я игнорирую полотна, как надоевшую рекламу.
Туннель приводит в пещеру, посреди которой вздымается до боли знакомый заброшенный дом.
— Это же усадьба Филиновых! — восклицает Шельма.
И правда — она родимая. Но только на первый взгляд.
— Всего лишь имитация, — отмахиваюсь. — Но внешне очень даже похожая. А я ведь всегда хотел посмотреть какая она изнутри. Давай зайдём, глянем.
Прогнившие половицы крыльца нехотя принимают мой вес, будто ворчат, но всё же держат. Дверь со скрипом уступает, и за ней раскрывается сцена, словно реприза из жизни: мама, мои жёны, избранницы, Гришка с Настей Лопухиной, вся родня и давние друзья. Даже Антонина Павловна — королева математики и пилона — машет мне рукой и улыбается.
Я поднимаю голову и говорю в пустоту:
— Ну и к чему этот театр?
Голос Горы откликается тяжело:
— Ты получишь всё, когда войдешь в усадьбу.
— Это всё у меня и так есть, — отрезаю я и уже поворачиваюсь, чтобы уйти. Тоже нашел что предложить, хех! Плоды моего же собственного труда. Женщин, что я сам завоевал. Мать, что я обрел. Друзей, чью верность заслужил.
И в тот же миг все вокруг меняется: улыбки и знакомые лица искажаются, как в кривом зеркале, и мои родные превращаются в астралососов.
— Ага, и чего ты добился этим маскарадом?— рычу, и рука сама уже швыряет теневые клинки. — Думаешь, меня можно обмануть какой-то ментальной иллюзией?
Увеличив, демонские когти врубаюсь в толпу. Я не просто Грандмастер, я — Лорд Демон. Мне эти астралососы на один клык.
Рядом Шельма тоже меняется: скрывает обольстительную красоту, проявляется демоническая сущность — рога, шипы, когти.
— Ого! — восторженно оглядывает она меня. — Ты уже не просто Высший, внук Филинова! Лорд-Демон, да? Хочу такого мужа!
— Я уже занят. Шесть раз.
Вместе мы кромсаем тупые массы. Я подбрасываю Демонессе подзарядку через будто бы случайное касание. Она не заметила в пылу боя, но сил у астральной красотки прибавилось.
Однако тварей не становится меньше. Они лезут изо всех щелей — из окон, из дверей, прорываются из стен. Похоже, Расширение сознание снова превратилось в конвейер. Орды накрывают дом волнами; каждая новая волна плотнее предыдущей. Я сжимаю зубы: расход энергии — в цифрах не измеришь, но ощущения подсказывают, что запас не бездонный.
Я хватаю Шельму за руку и веду её наверх, на крышу. Там хоть сможем накрыть гадов объемными техниками. Поднявшись, мы встаем спину к спине. Я выбрасываю за парапет ливни псионики, и карабкающиеся стаи тварей сгорают в синем пламени.
— Мне безумно приятно работать с тобой, внук Филинова, — с придыханием воркует Шельма. — Но не хотелось бы чтобы это стал наш последний раз.
— Надо найти козла, который создает это Расширение сознания, — бросаю.
— Это разве не Гора?
— Нет, не он.
Выпускаю теневых филинов и Спрутика. Тот сразу раздувается, вырастая целой горой рядом с усадьбой: щупальца хлещут по сторонам, сметают целые ряды тварей, рвут их в клочья, разбрасывают куски по земле. Филины же роем пикируют — когтями и клювами они сшибают чудовищ, раздирают их до лохмотьев.
— Какие милые ворончики, — с усмешкой бросает Шельма, её больше тянет к теневой стае, чем к чудовищному Спруту.
— Это филины, — поправляю я возмущенно.
Теневая подмога, к сожалению, не способна переломить битву. Астралососов все прибавляется и прибавляется. Это Расширение сознания на голову выше всех, с которыми мне приходилось до сих пор сталкиваться.
Мы в западне. Думай, Даня, думай. Ты же телепат. Думать у тебя в крови.



Глава 4

В итоге я прихожу к решению. Да и не к одному.
Вызывать Легионеров совсем не вариант. Если враг бесконечный, то ментальные солдаты лишь будут тратить мою энергию.
Прямо в пылу боя прокручиваю в голове десяток разных планов. Пусть они несовершенны, но лучше сразу подготовить несколько ходов, чем зацепиться за один и провалиться. Для части задумок потребуется слаженная работа жён, поэтому без промедления через мыслеречь раздаю им чёткие распоряжения, раскладываю задачи по линиям.
Пока мои девочки займутся подготовкой, придётся самому задержать орду. Что ж, отличная разминка перед настоящим представлением.
— Шельма, придется немного порубить тварей, — бросаю Демонессе.
— С этим проблем не будет, внук Филинова, — хмыкает, оскалившись, она. — Они сами так просятся, чтобы их порубили в капусту. Вон сколько желающих!
— Тогда не будем отказывать самым ретивым, — я тоже оскаливаюсь и одним движением рублю сразу троих астралососов. Подсмотрел этот прием у Змейки. Хищница — виртуоз в рубке когтями. Что ж, после сегодняшнего обильного опыта я тоже им стану.
* * *
 Новое поместье Вещих-Филиновых, Москва 
Прибывшая через портальный камень Маша входит в поместье — нарядная, с уложенной причёской, готовая хоть сейчас идти на праздник. Скоро свадьба Гриши, и задача бывшей княжны Морозовой проста и одновременно ответственна: помочь Дане успеть к торжеству друга. Стук её каблуков гулко раздаётся по холлу, и не задерживаясь, она поднимается на этаж, прямиком в покои Гепары.
В одной из комнат она находит мутантку. Та вспыхивает, вскакивает и прикрывает руками обнажённую грудь. На самом деле голая вся — лишь гепардовые ушки торчат да хвостик нервно дёргается из стороны в сторону.
— Мария Юрьевна?.. — пискнула Гепара, растерянно тараща глаза.
Маша останавливается в дверях и с удивлением восклицает:
— Ты чего голая, Гепарочка?
Мутантка смущённо шевелит ушами, словно ребёнок, пойманный на шалости:
— Ой… я всегда так дома, если одна. Ну, конечно, только в своих комнатах…
Маша кивает, принимая объяснение. Все избранницы Дани со своими особенностями, так что чего придираться? Честь блюдет, да и ладно.
— Давай собирайся, — продолжает Мария Юрьевна, — У Гриши Калыйр скоро свадьба, а Даня не успевает на неё.
— А почему?
— Он борется со вселенским злом.
— Снова? Тогда понятно, — задумчиво кивает Гепара, но тут же спохватывается и бросается к шкафу, лихорадочно выискивая хоть что-то из одежды. — Я могу помочь? — выкрикивает она, уже натягивая на себя короткие шортики наспех, чуть ли не наизнанку. Тут же поправляет и натягивает снова.
— Ты же знаешь Даню, — спокойно отвечает Маша, пожимая плечами. — У него десяток планов в запасе. И как раз для одного или даже для нескольких ты можешь понадобиться. Так что лучше быть рядом… и всё-таки одетой.
— Поняла! — бодро кивает мутантка, но тут же запутывается в майке, засовывая руки не туда, куда надо.
— Ты не туда голову суёшь, — со смешком замечает Маша, подходя ближе. — Давай помогу.
— Ой, спасибо, Мария Юрьевна! — облегчённо вздыхает Гепара, наконец выныривая из майки.
— Ну ты чего⁈ Какая ещё Мария Юрьевна? Даня же наш общий! Просто Маша! — возмущается та, закатывая глаза.
— Поняла, Маша, — кивает мутантка, а потом добавляет с наивным восторгом: — Просто ты так одета… прямо как принцесса из сказки!
— Спасибо, Гепарочка, — улыбается бывшая княжна Морозова. — Ну пошли?
— Да сейчас только носочки остались…
* * *
 Багровый дворец, Нема 
Зар приносит донесение Камиле:
— Королева-вице-регент, есть неприятная новость. Лорд Угля и Лорд Хлопка собирают войска в провинции Гирза.
— Что⁈ — опешила брюнетка, резко подняв голову. Она как раз подравняла макияж перед зеркалом. — Какие ещё войска⁈ Ведь оба лорда сейчас здесь, в Неме!
Зар кивнул, не моргнув, глядя прямо перед собой:
— Лорды действительно находятся в Неме. Но их армии уже выстроились друг против друга в Гирзе. Судя по всему, они собираются сцепиться всерьёз.
Камила нахмурилась, напряжённо сжав губы:
— А они что, знают, что Данилы нет во дворце? С какой стати так осмелели?
Зар пожал плечами, и в его тоне прозвучала горькая усмешка:
— Думаю, им плевать, во дворце регент или нет. Лорды хотят разобраться между собой. И понимают, что их теперь не остановить, даже если бы Данила был здесь лично. У них слишком большие армии, и амбиции слишком разогреты.
Камила резко бросила, её голос зазвенел:
— Срочно сюда этих двоих лордов! Раз уж они в Неме, то пусть явятся и объяснятся!
Она поднялась и вышла, шаги отдавались от каменных плит. Направилась к Лакомке, которую застала за работой в саду — та что-то аккуратно поправляла среди зелени.
— Что случилось, Ками? — удивлённо вскинула голову Лакомка. — Ты выглядишь рассерженной.
— Да вот, эти дроу просто невыносимы, — вздохнула брюнетка. Она коротко пересказала ситуацию и в конце спросила: — Ты поможешь мне?
Лакомка выпрямилась и кивнула твёрдо, без малейших раздумий:
— Конечно, милая.
Через час обе королевы Вещие-Филиновы уже сидели в зале для совещаний, ожидая прибытия лордов. Распахнулись двери, и вошли Лорд Угля и Лорд Хлопка. Первый двигался вальяжно, с ленивой самоуверенностью аристократа, привыкшего чувствовать себя хозяином, второй — напористо, с явным вызовом в каждом шаге. Ни в их позах, ни в лицах не было ни капли смущения или почтительности.
Камила и Лакомка сидели во главе стола. Их присутствие, нарядное и собранное, казалось вызовом самим обстоятельствам.
— Вице-регент и королева, — усмехнулся Лорд Угля, окинув девушек сальным взглядом. — Какой у вас праздничный наряд.
Обе девушки никак не отреагировали, проигнорировав замечание и не сочтя нужным объяснять, что на носу свадьба друга. Вместо этого Камила спокойно и твёрдо сказала:
— Вы пришли, лорды, чтобы дать ответ.
Лорд Угля скривил губы в ещё более довольной усмешке, позволив себе скользнуть взглядом по её обнажённым плечам и лифу платья:
— Как я мог не приехать? Нельзя же упускать шанс взглянуть на своих прекрасных правительниц.
Лорд Хлопка резко перебил его насмешку, голосом, в котором звучала деловая нетерпеливость:
— А где регент?
Лакомка ответила ровно:
— Король Данила не здесь. Вы будете говорить с вице-регентом.
Лорд Угля усмехнулся шире, вальяжно усаживаясь напротив, и бросил с показной самоуверенностью:
— Тогда я определённо не жалею, что пришёл… — договорить не успел.
Двери зала распахнулись вновь, и внутрь вошли три Грандмастера — Грандбомж, Ледзор и Ауст. Ледзор остался у дверей, словно часовой, а двое других встали за спинами королевы Лакомки и вице-регента Камилы. Улыбка мгновенно сошла с лица Лорда Угля, а Лорд Хлопка мрачно сдвинул брови.
— Что вы сказали, лорд? — Лакомка холодно и требовательно посмотрела на Лорда Угля.
Тот попытался изобразить спокойствие, даже ленивую равнодушную гримасу, но в голосе его прозвучала натянутость:
— Хм. Да нет, ничего особенного.
Камила резко, без обиняков, перебила:
— Ваши армии движутся друг на друга. Извольте объясниться.
Лорд Хлопка выпрямился и заявил уверенно:
— Провинция Гирза принадлежит мне. Я в своём праве её защищать.
Камила отрезала:
— Вы никого не защищаете. В Гирзе сейчас нет лорда-губернатора.
Лорд Угля вмешался:
— Вот именно.
— Когда-то мои предки правили Гирзой, — добавил Лорд Хлопка, будто оправдываясь.
Камила повысила голос:
— Именем регента Данилы я требую немедленно остановить продвижение ваших войск. Провинция Гирза густонаселённая, и война в ней приведёт к множеству жертв.
Лорд Угля вдруг расхохотался:
— Вы требуете от меня? Приказывать можно только тому, кто способен заставить. Мы проявили уважение к вашему супругу и посидели дома у себя две ночи. Но наши родовые планы это никак не меняет.
С этими словами он поднимается и направляется к выходу. Когда он проходит мимо Ледзора, тот делает шаг вперёд и заслоняет ему дорогу.
— Кажись, вас не отпускали.
Лорд Угля напрягается.
— Пропусти его, Одиннадцатипалый, — спокойно велит Лакомка.
Ледзор нехотя отступает, пропуская. Лорд Угля уходит, даже не оборачиваясь. Следом, так же холодно и демонстративно, покидает зал и Лорд Хлопка.
Камила поворачивается к Лакомке, и в её голосе, несмотря на внешнее спокойствие, проскальзывает тревога:
— И что теперь делать?
Лакомка отвечает уверенно, словно это для неё очевидно:
— Сейчас мы сообщим Даниле, и он скажет, как поступить.
* * *
Я на пару с Шельмой всё ещё отбиваюсь от тварей на крыше иллюзорной усадьбы. Теневые филины и Спрутик помогают как могут. Что ж, несколько планов, как выпутаться из этой передряги запущены. Посмотрим, что быстрее назреет.
Вдруг в голову — как сигнал по проводам — проступает сообщение Лакомки: в Гирзе войска Лорда Угля и Лорда Хлопка двигаются друг на друга. Оба дроу меня не слишком-то боятся. Отлично! Почему бы не использовать имеющиеся обстоятельства, чтобы припугнуть осточертевших лордов.
Я выхожу на канал и коротко говорю Светке:
— Вы там всех астралососов перебили?
— Да, — слышу её уверенный отклик. — К нам подмога пришла — я тавров вызвала. Вместе взяли в тиски чертей и перебили.
— Тогда установите стелы. Причем поставьте целых две прямо под Расширением сознания.
— Под чем?
— Под летающей горой. Портал нужен большой. И скажи Камиле, чтобы еще две установили прямо на поле битвы войска Угля и Хлопка. Ну в смысле рядом — под рожон лезть не стоит.
— Йесс! — бросает блондинка.
Шельма уворачивается от когтей очередной твари и, располосовав ее, бросает:
— Ты понимаешь, что долго мы не продержимся?
— Конечно понимаю, — отвечаю коротко. — Их бесконечный поток формирует Расширение сознания. Надо найти того, кто создал это измерение. Оно же не само возникло.
Она косится на меня, искра сомнения в больших демонских глазах:
— Думаешь, затейник прячется под шкурой одной из тварей? — оглядывает она бесчисленное войско.
— Думал… но откинул эту мысль, — бурчу.
— Почему?
— Тогда я бы его уже нашел.
Тем не менее я разбрасываю ментальные щупы по сторонам, не забываю и про усадьбу. Как раз там, в глубине дома, кто-то сидит.
— В усадьбу! — велю, и мы с Шельмой пробиваемся внутрь, не останавливаясь.
Добегаем до кабинета главы рода. Кресло занимает образ, знакомый из чужих воспоминаний — Михаил Филинов, дед Миша.
— Деда, ты что ли?
— Даня, — улыбается старик, — хватит мучаться. Тебе не победить. Соглашайся на предложение, внучок, и ты будешь жить вечно. Бог Гора всегда вознаграждает по заслугам. Посмотри на меня!
— А зачем на тебя смотреть? — хмыкаю я и, резко сиганув вперед, вонзаю когти ему в плечо. — Фальшивка липовая!
Иллюзия слетает. Ментальный облик рассыпается в прах. Передо мной уже не дед, а младший брат Троегласа — только теперь с рогами и демонической оболочкой.
— Арррр! — визжит телепат и пытается достать меня в ответ своими когтями.
Отбив удар, я продолжаю его насаживать и скалюсь:
— А ты изменился с нашей последней встречи. Рогами оброс… Неужели продал душу Горе и одемонился? Но ты всё равно можешь попасть в мой Легион. Ведь ты остаешься человеком. Шельма, что в коридоре⁈ — рявкаю назад.
— Никого, — откликается Демонесса, выглянув наружу.
В окно астралососы тоже пока не лезут. Три секунды точно есть. Рискнем.
— Присоединяйся к братишке, паря, — вливаю в когти псионику, и продавший душу телепат вырубается.
Добавляю еще одного Троегласа в Легион. Вместе с этим беру под контроль всё Расширение сознания: эта черная пасть-гора, летящая в небе с тучами астралососов, теперь моя, пускай и на время. Уж очень она трудозатратная. Именно потому что астралососы из нее способны материализовываться в реальном мире.
Гора проапгрейдил младшего брата Троегласа, так чтобы он мог создавать такое мощное Расширение. Есть все же плюсы в сделках с абсолютным злом. Взять те же печеньки…
Вызываю Светку через канал:
— Вы там стелы поставили?
— Да, Даня! — отвечает блондинка мгновенно.
— Дай координаты, — требую я, и в ту же секунду получаю их в голову.
Я направляю всю эту громаду — Расширение с тучами Демонов — и разворачиваю к точке, указанной женой. Внутри карманное измерение бескрайнее, но снаружи я заставляю его сжиматься, влезать в рамки координат портала между двумя стоящими на расстоянии стел.
Черная пасть-гора вылетает через портал в Провинцию Гирзу. Я вижу внутренним зрением, что происходит снаружи.
Внизу уже выстроились войска Лорда Угля и Лорда Хлопка, они сцепились, и ряды сходятся в сражении. И тут сверху падаю я — вместе с летающей горой. Удар, и два войска проваливаются внутрь Расширения.
Тысячи дроу переносятся в пещеру и застывает в ужасе. Оказавшись в карманном измерении, они видят развалины усадьбы, бесконечные орды астралососов и меня — на крыше, в облике Лорда-Демона, а за моей спиной стоит Шельма, снова ставшей полуобнаженной красоткой с рожками. Я чувствую, как их страх превращается в оцепенение. О, это же их первый раз в Расширении сознании! Не испугаться просто невозможно! Да и выжить проблематично, потому стоит поторопиться с театром.
Сбрасываю демонское обличье, возвращаюсь в человеческий вид и говорю громко, разнося воздушной магией свой голос по пещере:
— Ну чего вы смотрите? Я велел вашим лордам не сражаться, а вы все ослушались приказа регента. У вас пять минут, чтобы разбежаться. Иначе астралососы вас прикончат.
Слова падают на войско, как гром. Паника поднимается мгновенно. Ряды рушатся, дисциплина исчезает. Дроу бросаются врассыпную, каждый боится за свою жизнь. Астралососы несутся следом, разрывают строй, толпами пиная и швыряя остроухих воинов. Я сдерживаю их лишь настолько, чтобы подстегнуть бегство — не дать армии собраться, превратить отступление в хаос.
Когда ряды окончательно распадаются и враг бежит, развеиваю Расширение сознания. Оно жрёт слишком много сил, каждая секунда внутри — как ведро энергии, вылитое в пустоту. Мгновенно ощущаю опустошение.
Очнувшись на равнине, тяжело падаю на колено. Пожухлая трава щекочет кожу. Мир качается, мысли гудят, и всё вокруг кажется слишком ярким и шумным. Расширение сознания разрушилось, и я втягиваю Шельму обратно в браслет, потому что сейчас не могу удерживать её здесь.
В этот момент появляются свои. Первой подбегает Змейка, её голос режет пространство, прорываясь сквозь шум в голове:
— Мазака!
Я хочу ответить, но не успеваю. Вдруг теряю равновесие, тело пошатывается, и я падаю — прямо лицом в мягкий капкан между зелёных полушарий Змейки. Теперь можно и поспать. Уффф… хррр… пыщщщ… зззз…
* * *
 Усадьба Лорда Угля, Нема 
Лорд Угля сидел в своём кабинете, тяжело опершись на подлокотники кресла. Он ждал известий с поля битвы — его армия вот-вот должна была сцепиться с войском Лорда Хлопка и одновременно продемонстрировать новоявленному регенту, где его настоящее место. Он уже заранее представлял себе, как эта схватка укрепит его влияние. Лорд Угля ждал доклада, а в ожидании внутри копилось раздражение.
Дверь наконец открылась, и пошатываясь вошёл старший гвардеец, сжимая в руке портальный камень. Он открыл рот и проронил:
— Я только что с поля битвы, милорд…
Лорд Угля хмуро посмотрел на него:
— Ты поседел.
Гвардеец отвёл глаза в сторону, плечи его осели, и он почти неслышно пробормотал:
— Я ещё и обоссался, милорд.
Лорд Угля удивлённо приподнял бровь:
— Что случилось на поле битвы?
Гвардеец едва переводил дыхание, слова рвались обрывками:
— Регент… король Данила… Случился…
Лорд Угля резко подался вперёд:
— Смертный напал на вас⁈ У него нет столько людей!
Гвардеец заикаясь произнёс:
— У регента нет людей, зато есть чудовища. Чудовища, милорд. Целая куча. Они поглотили всё поле, превратив его в ад. Мы не удержали строй, обе армии рассыпались и бежали прочь…
— Что ты несешь⁈ — рыкнул Лорд Угля, и тут же поморщился. От гвардейца, правда, воняло. — Иди срочно помойся! И сразу напиши гребаный доклад!
Тут приходит звонок от лорда Зара.
— Что⁈ — рявкает Лорд Угля в трубку.
— Король-регент хочет получить твои устные объяснения.
Лорд Угля стиснул кулаки.
— У меня нет времени снова таскаться во дворец!
— Тогда он придет к тебе сам, — прозвучало это сухо, без угрозы вроде бы, но у Лорда Угля почему-то вспотели ладони.
— Ладно! Я приду! — рявкнул Лорд Угля прежде чем сам сообразил.



Глава 5

 Лунный Диск (штаб-квартира Организации), Та Сторона 
— Ты дозвонилась до короля Данилы? — произносит Председатель, и в его скрипучем голосе сквозит требовательность.
Неожиданно вызванная на ковер, Масаса вызывающе вскидывает подбородок:
— С чего вы взяли, что я вообще ему звонила? — отвечает она ровно.
Хоттабыч хмыкнул:
— Думаешь, я не знаю, кто главный поставщик твоих яблок? —проворчал он, и Масаса вздохнула.
Неужели она настолько предсказуема? А ведь на яблоках магиня уже серьезно спалилась перед самим конунгом Данилой как участница вселенского заговора против Багрового Властелина. У Данилы, оказывается, поразительный нюх. Но не это главное, а то, что он словно бы «пометил» Масасу, и все, кому она давала свои эксклюзивные яблоки, в том числе сообщники по секте, легко будут опознаны конунгом. Хитрый телепат! Неужели он это и планировал на случай конфронтации с Масасой? А она-то купилась на подарок, да как можно было быть такой дурой?
Ответ выплыл из неё покорно, без лишней помпы:
— Дозвонилась, Председатель.
— Ну и чего он намерен делать как правитель одной из самых могущественных империй в мироздании? — хмыкает Хоттабыч.
— У него в планах установить мир на Багровых Землях, — произнесла Масаса задумчиво. Больше она пока не знала, да и не интересовалась, так как думала только о крахе своего собственного плана.
— Мир? — повторил Председатель немного озадачено. — То есть не позволит лордам-дроу цапаться между собой? Похвальная цель, очень похвальная, жаль что нереализуемая, — заключает он уверенно.
— Конунг Данила уже предотвратил бойню на Багровом Исходе, — Масаса сама не поняла почему вдруг защищает конунга, но ей почему-то показалось несправедливым отношение Председателя. — А там были практически все влиятельнейшие лорды, и они были намерены поубивать друг друга, но конунг заставил их поумерить пыл, даже несмотря на провокации извне…
— А что? Были провокации? Чьи интересно? — тут же заинтересовался Хоттабыч.
Масаса прикусила язык. Первозданная Тьма! Да что с ней такое! Решила защищать этого наглого телепата да себя же и похоронить заодно⁈
— Я имела в виду лордов, что не приехали в Багровый дворец, — нашлась магиня. — Наверняка такие были.
Хоттабыч коротко кивнул, не обратив внимания на ее заминку:
— Да, результат Багрового Исхода — это большая заслуга Данилы. Честно, верю, что он сможет и дальше противостоять хитрющим дроу, но, конечно, будем надеяться на лучшее.
Масаса с недоверием переспросила:
— Вы сейчас серьёзно?
Хоттабыч лишь усмехнулся:
— Ещё бы. Нам не выгодно, чтобы лорды Багровых Земель буянили и разбрасывали волны хаоса по всему миру. Среди них полно Грандмастеров, и стоит Даниле немного подсобить. Удержание мира — в интересах Организации.
Масаса покачала головой. Она не была дурочкой и понимала, что слова Председателя звучат просто, но за ними скрыт корыстный расчёт.
— Но мир — это ведь не всё, что вы хотите от Данилы, верно? — осторожно спросила она, пытаясь заглянуть за фасад общих утверждений.
Хоттабыч усмехнулся и развел руками, мол, Масасочка, знаешь ты меня, знаешь, внучка:
— Верно. Неплохо было бы получить доступ к местам силы в Багровых Землях. Думаю, найти тайный от дроу способ не проблема.
Масаса незаметно выдохнула. Места силы — это, конечно, грабёж в чистом виде, но она опасалась, что Председатель замышляет нечто куда хуже. И всё же внутри у неё царил странный хаос. Ведь именно она — главная угроза для Данилы, она ставила ему смертельные ловушки. А сейчас, вопреки логике, её тревожит, что Председатель может навредить ему сильнее, чем она сама.
— И конечно, — произнёс Хоттабыч, словно невзначай, — неплохо бы сделать Данилу нашим подставным лицом. Если Организация получит власть над Багровыми Землями — это будет просто великолепно.
Масаса замерла. Все же она рано обрадовалась.
* * *
Просыпаюсь уже в Багровом дворце.
Нет, конечно, я периодически приходил в себя в машине, ощущая как покачивается голова на крепких, упругих полушариях Змейки. Такая привычка, ничего не поделать. Мои ближайшие вассалы безумно сильны. Змейка вон любого физика, кроме Ледзора, на лопатки положит…ну если ей напомнить борцовские техники, иначе просто располосует на ветчину. Но я по жизни осторожный. Даже в нашем постапокалиптическом поселке мне надо было постоянно контролировать обстановку вокруг, благо уже обладал зачатками телепатии.
Я зеваю и откидываюсь на шелковые подушки. Расширение сознания Троегласа выжгло из меня столько энергии, будто кто-то протащил душу через терку. Внутри пусто, мозг гудит, тело будто чужое. Хочется просто лечь и забыться до вечера, а может, и до следующей весны. Но, увы… не время.
Я потягиваюсь, хрустят плечи, где-то под лопатками пульсирует остаток ментального жара. Сажусь на кровати, зеваю, собираю мысли — лениво, как карточки в стопку. Всё ещё жив, здоров, руки ноги целы, голова варит, а значит, пора работать.
— Зар, — мысленно дотягиваюсь до лорда в соседнем крыле. — Срочно вызвать во дворец Лорда Угля и Лорда Хлопка… А еще леди Гюрзу.
— Будет сделано, король-регент, — отвечает Зар, и не думая уточнять а зачем, а почему, а может не стоит. Видимо, он уже в курсе что произошло в Гирзе.
Я прикрываю глаза на пару секунд, позволяя себе ещё мгновение тишины. Меньше всего сейчас хочется ставить на место двух оборзевших лордов. Надо показать им кузькину мать. Доделать начатое. Лорд Угля и Лорд Хлопка ведь тоже сейчас в полном ауте от произошедшего на поле битвы.
Встаю. Пол холодный, освежает. День еще не закончился, солнышко греет сквозь полупрозрачные занавески.
Дверь мягко приоткрывается, и в проём заглядывает Лакомка, ухоженная, в бальном платье. Ах, да нам же еще на свадьбу Гришки.
— Проснулся? — мурлычет альва, удовлетворённо кивнув. — Сейчас девочки придут, помогут.
Тут же упорохает в коридор. Собираюсь с мыслями, когда за ней в комнату заходят Маша и Гепара со стопкой энергопластырей и подносом с едой. Маша тоже в бальном платье. Гепара в шортиках и майке, гепардовые ушки опускаются.
— Я не пригодилась тебе на задании, Даня, — тихо говорит мутантка, чуть улыбнувшись, но в голосе слышится досада.
— Сегодня — нет, — отвечаю, усаживаясь на кровать и подставляя спину под нежные руки жены и избранницы. — Просто сработал другой план.
Она кивает, опускает глаза. Я добавляю с лёгкой усмешкой:
— Не расстраивайся. Всё ещё впереди. Ты мне пригодишься — скорее всего в усадьбе Филиновых. Когда я туда, наконец, доберусь.
— Я буду готова, — обещает Гепара вместе с Машей споро обклеивая меня всего.
Киваю, ем бутерброд с авокадо и положенным сверху омлетом, и смотрю в окно, пока девушки работают. На крыши дворцового ансамбля спускаются вечерние сумерки.
— Конечно, будешь, — улыбается бывшая княжна Морозова. — В части рукопашки я могу даже тебя поднатаскать.
— Спасибо! — загорается мутантка.
Мило, конечно, слушать щебет девчонок, да и приятно смотреть на гибкую фигуру Гепары, но сколько до свадьбы осталось? Стрелки настенных часов двигаются лениво. Ещё есть пару часов. Отлично, смогу пообщаться с дроу. А пока быстренько проверю Бастион.
— Всё, Даня…ой, он медитирует, — Маша хотела отчитаться о работе и тут же переходит на шепот. — Пошли тихонько.
— Да, — отзывается Гепара уже по мыслеречи.
Девушки ускользают из покоев, бесшумно прикрыв дверь. Я машинально, не приходя в себя, устраиваюсь поудобнее и ныряю глубже в подсознание. Через мгновение я уже в Бастионе.
Первым делом направляюсь к кристаллическим капсулам, стоящим вдоль внутренней стены. Внутри спят двое Троегласа — средний брат и младший, замороженные в глубоком ментальном анабиозе. Сознания их вырублены и обесточены. Я невольно усмехаюсь, представив лицо старика Фирсова, если бы тот узнал какие две ментальные бомбы держу у себя в голове. Старый ликвидатор наверняка бы призадумался не сошел бы его ученик и командир с ума. Филиновы строго-настрого запрещали поглощать Роем телепатов. Но я не Филинов, я — Вещий-Филинов. У меня не Рой, а Легион. Меня создал как идеальный сосуд сам бог Гора, и сосуд этот занял пускай не Высший Демон, но бывалый парень с перепончатыми пальцами.
Отхожу и спускаюсь ниже — туда, где всегда грохот, звон металла и запах накала. Тренировочный отсек живёт своей жизнью. Лорд Стали, когда-то гордый дроу-аристократ, занимается теперь под надзором Винта. По арене мечутся искры, а между ними мелькают две фигуры. Винт методично швыряет в Грандмастера стальные клинки. Лорд Стали, задыхаясь, отпрыгивает, кувыркается, и всё же получает очередной стимулятивный стержень аккурат в пятую точку.
— Слушай, давай полегче! — выдыхает он, отползая к краю арены. Пот ручьями течёт по шее, капает с гривы волос. — Я уже понял, что в ловушке!
— Не в ловушке, — отвечает Винт сухо, даже не сбивая ритма. — А в Легионе великого короля Данилы Вещего-Филинова.
— Хорошо-хорошо! На службе у короля Данилы!
Лорд Стали возражать не решается. Винт резко меняет темп, останавливает атаку, но тренировку не прекращает. Теперь вместо клинков идут команды: короткие, чёткие, словно из учебника.
— Отжимания. Двадцать. Быстрее.
— Подъём с перекатом.
— Блок. Контратака. Повторить.
Лорд Стали ворчит, но подчиняется. Руки дрожат, дыхание сбивается, а Винт следит — не с позиции палача, а наставника.
Я стою в стороне, наблюдаю, не вмешиваясь. Хорошо Винт работает. Молодец центурион. Время палок и наказаний прошло. Теперь пошло другое — не унизить, а переписать дроу. Чтобы дисциплина въелась в память, в саму сущность. Чтобы потом пинки уже не требовались вовсе — всё происходило автоматически, изнутри.
Конечно, теоретически я мог бы взять и перепрошить сознание новобранца-легионера так, чтобы он мне тапки в зубах приносил, но любое чужое «я» — это сложный механизм с тысячей шестерёнок. Ломать то, что уже исправно работает, — пустая роскошь и ненужный риск. Гораздо умнее сделать так, чтобы Лорд Стали служил мне добровольно: тогда и его собственные техники не станут саботировать в самый неподходящий момент.
Возвращаюсь в сознание — будто выныриваю из вязкой глубины. Пространство Бастиона тает, образы растворяются, и я снова здесь — в своей комнате, в Багровом дворце. Пахнет свежим кофе, который держит в руках Змейка.
— Маза-а-ака, пей!!
— Пасиба, — от кофейка редко отказываюсь. А хищница выполнив работу ныряет в наружную стену — с той стороны доносится рык горгонышей. Сейчас Мать выводка вас построит.
Пока наслаждаюсь горячим напитком, дверь открывается, и в комнату влетают Светка и Настя. Обе в камуфляже, кое-где в разводах крови астралососов, волосы в беспорядке, на лицах — пыльные следы.
— Даня! — выдыхает Светка, —фух, живой!
— Вы только что вернулись что ли? — удивляюсь.
— Конечно, — кивает Настя. — И сразу к тебе, а то боялись что ты улетел с концом на этой гигантской черной штуке.
— Да с каким еще концом? — оставив чашку встаю и достав рубашку из шкафа начинаю одеваться. Застегиваю пуговицы, поправляю воротник, накидываю бабочку. Всё-таки свадьба Гришки — не на бой идём.
— А мы похоже уже переодеться не успеем, — вздыхает Светка, оглядев кровавые разводы на камуфляж.
— Платья нет…Давай только наденем хоть чистенькую экипировку? — предлагает Настя.
— И гранаты выложите, — вторю я, натягивая брюки.
— Это мы успеем, — соглашается блондинка. — Так ты уже в норме, Даня? Лакомка говорила, что тебя спящим привезли.
— Всё в порядке, — отвечаю пожав плечами. — Просто ушло чуть больше энергии, чем планировал.
Настя расслабляется и, откинув копну рыжих волос за спину, добавляет с улыбкой:
— Светик чуть не прибила Габриэллу, когда та швырнула тебя в то чудовище.
Я усмехаюсь, застегивая запонки:
— Это было не чудовище, а Расширение сознания в очень оригинальной форме.
Светка хлопает глазами потом эмоционально всплескивает руками.
— О, Даня… ты прости, но твоя телепатия начинает уже шокировать. Раньше-то я думала, что «телепатия» — это то же самое что «газлайтинг». Помнишь, как в школе ты меня в мужской туалет отправил?
Настя чуть не спотыкается на ровном месте, округляет глаза:
— В мужской туалет? Тебя? Наш Даня? — переспрашивает она, поворачиваясь ко мне.
Светка сдает меня с потрохами:
— Дважды! Даня у нас тот ещё забавник.
Я хмыкаю, поправляю рукав:
— И что дальше?
Светка машет рукой, как будто отгоняет комара, но в глазах играет улыбка:
— А сейчас, значит, выясняется, что телепатия — это ещё и Демоны, и Астральный прорыв, и вот это твоё Расширение сознания, выплёвывающее кучу астралососов? Ну шикарно просто.
Я смотрю на блондинку недоуменно, уголки губ сами поднимаются.
— Свет, ты мне сейчас жалуешься, что ли?
Бывшая Соколова прикусывает губу, задумчиво качает головой, словно сама не поняла, что хотела сказать, а потом махнув рукой бросает:
— Не-а. Просто интересно, что же будет дальше! Что еще твоя телепатия приподнесет!
Настя тоже смотрит с любопытством.
Усмехаюсь, застёгивая манжеты и мельком глядя в зеркало. Ни фига себе я вырос. Всему причиной мой эффективный метаболизм, да и качество продуктов. Таким темпом скоро буду ростом с Ледзора. Хотя почему бы и не да. Лорды-дроу сильнее зауважают.
— Дальше — веселее, Свет, — говорю я, поправляя воротник. — Астральные боги вон ещё в очереди стоят.
Отражение будто ухмыляется в ответ. Оборачиваюсь к Светке и Насте, они стоят, переглядываются, явно ожидая продолжения.
— Гора, например, — конкретизирую. — Он стоял за гомункулами в Антарктиде, за одержимым Паскевичем… ну и за Королём Теней, погубившим род Филиновых, тоже. Всё это марионетки одного кукловода. Не удивлюсь, что жирный демонюга еще где-то подсуетился. Например, тот же Странник мог ему служить.
Светка поднимает бровь:
— Я поняла. Значит, план такой — набьём морды астральным богам?
Я усмехаюсь:
— Ну… не сразу, но набьём. Обязательно. Просто начнём с тех, кто поменьше, — я киваю на одежду благоверных. — Ладно, идите переодевайтесь. Демонская кровища не к месту на свадьбе.
— Как всегда на самом интересном месте! — не поворчать напоследок бывшая Соколова не может.
Боевые жены утопают прочь, а я иду проведать сыновей. Олежек уже ползает по комнате, а вокруг него бегают пси-паучки. Неудивительно, что няни выбежали в коридор. Хм, интересный конструкт, сынок. Спасибо за идею.
Славик же лежит в люле подле агукающей леди Лазурь и мирно смотрит… вроде бы на меня, а на самом деле в такие дебри засматривается, что страшно мне, честно признаюсь. Страшно за Демонов и прочих будущих врагов нашего рода, хехе.
С такими парнями человечество не пропадет.
Встречаюсь с Гюрзой и Камилой уже в западном крыле дворца. Камила все так же в бальном платье. Гюрза — как с обложки делового журнала: строгий костюм местного покроя, идеально ровная осанка, но пальцы нервно касаются ремешка часов. Маску уверенности держит, но глаза выдают — волнуется.
— Чем я могу помочь, король-регент?
— Пойдемте, леди, по дороге расскажу, — улыбаюсь и мы двигаемся мимо караула Рвачей.
Багровый дворец — немаленькое сооружение. Больше резиденции до него у меня не было. Пару минут шагаем молча, под мягкий шелест платья Камилы.
— Быстро идем на встречу с Лордом Угля и Лордом Хлопка, — объясняю на ходу. — Встреча пройдет быстро. У меня нет никакого желания затягивать общение с этими господами.
Гюрза приподнимает бровь и, почти задумчиво, проводит пальцами по волосам, находя среди чёрной гривы тонкую алую прядь и мягко оглаживая её:
— Лорды Угля и Хлопка? А зачем же вы тогда меня вызвали?
— Я хочу на вас сильно положиться, леди, — отвечаю, обернувшись. — Вы не против, леди?
Она несколько секунд смотрит на мою ухмылку.
— Нет… конечно, не против, король-регент.
— Вот и отлично, — улыбаюсь шире. — Тогда действуем.
Зал совещаний ждет только нас. Внутри возле двери, как часовой, застыл Ледзор, почесывая бороду. За большим пустым столом — два лорда-дроу: Угля и Хлопка. Сидят почти рядом, что как бы немного странно для двух заклятых врагов, чьи армии недавно должны были сцепиться насмерть. Впрочем, никакие они не враги.
— Одиннадцатипалый, выйди, пожалуйста, — бросаю коротко.
Ледзор тихо прикрывает за собой дверь. Теперь в помещении остаёмся только мы: я, Камила, Гюрза и эти два напрягшиеся лорды-Грандмастеры. Смогу ли я их одолеть? Вполне возможно. Нужно ли мне с ними драться? Нет. А потому играем, Даня.
* * *
 Мазаки, не забудьте добавить книгу в библиотку (заметил сегодня, что на АТ отключили автодобавление в библиотеку) а то книжка может потеряться и вы не увидите выход следующей проды(( 
 Для мотивации вам вот Настя: 





Глава 6

Дроу-лорды, помешкав, все же встают и коротко кланяются.
— Король-регент.
— Ну что, господа, — произношу, подходя к стулу. — Пора расставить точки над всеми вашими «и».
Сажусь за стол, выравниваю спинку стула, машинально оглядываю присутствующих. По правую руку от меня — Гюрза, немного растерянная. По левую — Камила, спокойная и собранная, чуть приподнятый подбородок, всё под контролем. Напротив — два влиятельных монополиста Багровых Земель, Лорд Угля и Лорд Хлопка. Смотрят друг на друга ровно, без прежней злобы, будто все старые счёты списаны. Ни ненависти, ни раздражения — чистая деловитость.
— Эти двое ещё вчера грызлись за ресурсы, за земли, за заводы, каждый тянул одеяло на себя, — замечает по мыслеречи Камила. — А теперь сидят мирно, будто и не было между ними ни интриг, ни назревающей войны.
— Все на самом деле логично, — отвечаю. — Для этих двоих война это всего лишь инструмент решения деловых споров, а не признак кровной вражды. Потому и договориться с ними будет проще.
Камила сразу догадывается о чем я:
— А! Надо просто рассказать об убытках если ослушаются тебя.
— Верно.
Первым молчание нарушает Лорд Угля, с характерным хрипом:
— Зачем, король-регент, ты хотел нас видеть?
Я перевожу взгляд на Лорда Хлопка.
— Вы ведь давно уже не лорд-губернатор Гирзы, так?
Лорд Хлопка на секунду отводит глаза, потом добавляет договорным тоном:
— Возможно… это можно было бы исправить, если будет на то воля Вашего Величества.
Не успеваю ответить — Лорд Угля сразу рычит:
— Этому не бывать!
— Это уже мне решать, лорд, — смотрю на дроу. — Или вы снова хотите попробовать повоевать друг с другом? Только в этот раз сбежать у ваших войск не получится.
Лорду Угля крыть нечем. На поле битвы его воины разбежались, даже не вступив в сражение. Дезориентация Расширения сознания — вещь неприятная, даже ветераны с непривычки посыплются.
— Возможно, вы правы, — нехотя признает Лорд Угля.
— Впредь я бы хотел, чтобы подобного больше не было. Я запрещаю воевать в густонаселенных местностях.
Лорд Угля морщится и будто бы пытается перевести тему:
— Что это были за чудовища, король-регент? Я думал, иллюзия, но наши менталисты ее отрицают. Они говорят, что, возможно, это были Демоны, но опять же у них нет сильной убежденности. Да и откуда у вас могут быть тысячи Демонов…Так кто же такие ваши подручные твари?
— Это уже не важно, — отвечаю коротко. — Важно, что повторять подобной выходки не советую.
Лорд Хлопка подает голос:
— Король-регент, вы сами сказали, что когда-то был лорд-губернатором Гирзы. Правда, потом завистники наклеветали на меня Багровому Властелину и мой пост забрали. И жители там до сих пор остаются без сильной руки. По-моему это неправильно.
Я усмехаюсь:
— Вас смущает, что у Гирзы теперь нет губернатора? Тогда решим это просто.
Поворачиваюсь к остроухой девушке, которая всё это время сидит тихо, не подавая виду, что слушает каждое слово.
— Леди Гюрзу Ссил’Заратин, — произношу громко, — назначаю вас исполняющей обязанности леди-губернатора Гирзы.
Лорды Угля и Хлопка застыли, как статуи. Потом переглядываются — коротко, молча. А потом обоих прорывает.
— Она⁈ — выкрикивают они в один голос.
И вместе с ними точно так же округляет глаза и сама Гюрза.
— Я⁈ — эхом повторяет она, глаза широко распахнуты, будто я только что объявил её императрицей. Да нет, всего лишь губернатором небольшой Провинции размером как три Японии.
«А интересно звучит: леди-губернатор Гюрза правит Гирзой», — прокручиваю про себя мысль. Вот уж судьба умеет подкидывать каламбуры.
Между тем лорды буянят и что-то кричат. Я даже не слушаю что конкретно — не интересно. Главное, что не маты и не ругательства. А то бы разговор у нас бы был другой.
Я поднимаю ладонь, требуя тишины. И лорды слушаются.
— Давайте по одному, — велю.
— Регент, — глухо произносит Лорд Угля, сверля меня тяжёлым взглядом, — леди Гюрза не может быть леди-губернатором! Ты фактически отдаёшь целую провинцию в лапы Питона! Он ведь Лорд Дерева, уже владеет Примолодьем и сидит на потоках! Не слишком ли жирно будет, если он ещё и Гирзу под себя подомнёт?
Качаю головой.
— Не-не, — говорю спокойно. — Лорд Питон тут ни при чём. Я назначил леди Гюрзу. Не смешивайте родственное и государственное.
Лорд Хлопка что-то невнятно бурчит.
— Хотите высказаться, лорд? — смотрю на него.
— Нет, пожалуй, король регент, — качает он головой.
— Тогда на этом всё, — произношу. — Совещание окончено.
Лорды, хоть и с явным раздражением, подчиняются. Лорд Угля молча, Лорд Хлопка с недовольным фырканьем. Но всё равно встают, обменявшись угрюмыми взглядами, и покидают зал, тихо прикрыв за собой двери. В помещении остаётся только мы с Камилой и Гюрзой.
Камила качает головой с улыбкой:
— Это было неожиданно даже для меня.
Гюрза, всегда смелая и дерзка, поворачивается ко мне, чуть неуверенно, и спрашивает едва слышно:
— Я правда достойна столь высокого титула?
Интересный вопрос. А сам-то я достоин быть королем-регентом да еще конунгом в довесок? Кто бы мне сказал… Впрочем, я никого и не спрашиваю.
Ну а леди ожидает утвердительного ответа. Не буду же ее разочаровывать.
— Ещё как, леди, — заверяю. — Ваши качества великолепны. Это решение даёт вам возможность держаться самостоятельно, без оглядки на лорда Питона. Вы давно заслужили ответственной работы.
Гюрза опускает взгляд, пальцы едва заметно дрожат.
— Но лорд Питон остаётся моим отцом и главой рода, — произносит она тихо, будто сама себя убеждает. — А пока я незамужем, формально всё ещё часть его дома. Он потребует, чтобы все контракты Провинции я заключала через него. Он не отпустит власть так просто.
Ой, да кто его вообще спросит.
— Род — это, конечно, святое, — киваю я, — но сейчас у вас конкретные полномочия леди-губернатора, которые я, как регент, возложил лично. И в их рамках вы не обязаны отчитываться перед Питоном. Наоборот, это будет считаться преступлением. Всё, что касается Провинции, — решаете вы. И только вы. Ну и я как регент.
Она поднимает голову, взгляд становится чище, увереннее — кажется, наконец поняла, о чём я.
— Хорошо, король Данила, — улыбается она радостно и потянувшись берет меня за руку. — Спасибо вам!
Слегка пожимаю в ответ тонкие серые пальчики.
— Работайте, леди, — добавляю.
Вообще я сделал ход конём. Гюрза — женщина самостоятельная, и леди-губернатор из неё получится именно такая: с характером, с зубами и без привычки слушаться отца когда есть выбор. Питон, конечно, будет кипеть, но на публике не покажет — слишком дорожит репутацией. Он скорее притворится, будто всё это часть его плана, будто он сам получает с этого выгоду, даже если внутри его корёжит от ярости, что родная дочь не пляшет под его дудку.
А остальная знать, конечно же, начнёт шептаться: мол, Данила и Питон играют заодно, крышуют друг друга, всё у них взаимовыгодно. Пусть думают. Пусть подозревают. Чем больше догадок — тем меньше правды.
В итоге каждый видит то, что хочет, а я получаю то, что нужно. В общем, играю в интриги дроу. Хех.
Смущенная Гюрза собирается ответить, но дверь со стуком распахивается, и в зал заходит Лакомка — вся сияющая бриллиантовыми сережками и лучезарной улыбкой:
— Мелинда, пора на свадьбу! — сообщает она бодро. — Ой… я помешала? — альва оглядывает нас с леди-дроу, а Камила хитро улыбается.
Гюрза смущенно убирает пальцы из моей ладони.
— Меня просто назначили леди-губернатором…
— Поздравляю, леди, — кивает Лакомка и смотрит на меня. — Гришка скоро венчается, мелиндо! Если не поторопимся в портал, то не успеем!
Я встаю, поправляя на ходу пиджак и бабочку.
— Бежим-бежим, — и подаю руку Камиле. — Леди-губернатор, удачно попрощаться с отцом, — на прощание подмигиваю Гюрзе и она отвечает предвкушающей улыбкой. Похоже, Питону достанется на орехи.
Втроем с альвой торопимся в портальный зал.
* * *
 Нема, Багровые Земли 
Лорд Угля и Лорд Хлопка поехали в одной карете. Требовалось кое-что обсудить. Некоторое время вчерашние враги просто сидели, не глядя друг на друга, будто переваривали произошедшее.
— Ну что думаешь? — наконец нарушил тишину Лорд Угля. Он медленно откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы, и посмотрел в потолок, словно искал там ответ.
Лорд Хлопка покрутил кольцо на пальце, наблюдая, как металл поблёскивает в тусклом свете закатного солнца.
— Да ничего, — протянул он. — Леди Гюрзу мы устранить не можем — за нее отомстит Питон. Или тебе, может, мало одного регента, который как кость поперек горла?
Лорд Угля поморщился.
— Этот регент всего лишь смертный, — сказал как-то неуверенно. — Человечишка.
— Не факт, не факт, — задумался Лорд Хлопка. — Люди не управляют тысячами Демонов. Да и к тому же этот «человечишка» распугал наши с тобой хваленые войска как детей. Да и назначение леди Гюрзы тоже неспроста.
Взгляд Лорда Угля потемнел.
— Говори прямо.
— Филинов нас переиграл, — сказал Хлопка без обиняков. — Ещё и заставил задуматься — не сговорился ли он с Питоном?
— Думаешь, сговорился?
— Кто же его знает! А иначе какой резон ставить его дочку во главе богатой Провинции?
Лорд Угля стиснул подлокотник кресла, губы сжались в тонкую линию.
— Если Филинов с Питоном сообщники — беда, — выдохнул он глухо. — Тогда нам уже не сделать из смертного марионетку на троне.
— Да тут и без Питона перспектив маловато, — добавил Хлопка, глядя в окно. — Опять же эти чудовища непонятные, которые как снег на голову свалились на наши войска…. А вдруг Филинов их призовет в наши поместья?
Они оба замолчали. Только тиканье часов да скрежет колес нарушали тишину. Лорд Угля впервые за долгое время почувствовал волнение за родню. Обычно его жены и дети сидели в безопасности за высокими стенами, и никакие войны лорда их не трогали. А тут нарисовалась тревожная ситуация. Какой-то человечшка оказался угрозой пострашнее сидящего рядом Лорда Хлопка.
— Нужно держать дистанцию, — наконец тихо сказал Лорд Угля. — И наблюдать. Пусть регент думает, что мы покорны.
— До поры, — согласился Лорд Хлопка. — А потом посмотрим, действительно ли, он смертный.
«А еще нужны провокации, — подумал про себя Лорд Угля. — Поссорю-ка парочку лордов, доведу их до боестолкновения, и посмотрю, как отреагирует Филинов. Снова задействует тех чудовищ или предпримет что-то другое?»
Он и не догадывался, что в этот самый момент Лорд Хлопка обдумывал точно то же самое. Всё-таки лорды-дроу — порода одна: интригуют одинаково, даже не сговариваясь.
* * *
 Поместье Ссил’Заратин, Нема 
Лорд Питон сидел в своём кабинете, уткнувшись в бумаги, когда в дверь раздался осторожный стук.
— Войди, — коротко бросил он, не отрывая взгляда от документов.
Дверь открылась, и в проёме появилась Гюрза. Питон не поднял головы, не пригласил присесть — словно вовсе не заметил её. Она стояла молча, скрестив руки на груди, выжидая. Минута тянулась за минутой, стрелки часов ползли медленно. Так прошло почти четверть часа.
Наконец Питон отложил ручку, аккуратно сложил бумаги, словно нарочно затягивая паузу. Только после этого поднял взгляд на дочь. Уголки губ изогнулись в холодной, недоброй усмешке.
— Ну что, доченька, — протянул он лениво, с насмешкой в голосе, — ты всё-таки съездила к королю Даниле?
— Да, съездила, — спокойно ответила Гюрза, опустив руки и гордо выпрямившись.
Питон довольно хмыкнул, откинулся в кресле, переплёл пальцы под подбородком, удовлетворенный услышанным.
— Хорошо. Очень хорошо, — протянул Лорд Дерева, откинувшись в кресле. — Рад, что ты, наконец, образумилась и взялась выполнять моё поручение — сблизиться с королём-регентом, разумеется. Именно этого я от тебя и жду.
Гюрза посмотрела прямо на отца, без малейшего смущения.
— Нет, я ездила потому что меня вызвал во дворец король Данила.
— Он сам тебя вызвал? Почему в обход меня? — недоумевал Питон.
Леди равнодушно пожала плечами.
— Меня назначили леди-губернатором Гирзы.
Улыбка застыла у Питона на лице, потом медленно сползла. Он моргнул, потом вновь расплылся в широкой, хищной улыбке.
— О⁈ — произнёс он растянуто, смакуя новость. — Вот как. Да ты делаешь успехи, дочка! Леди-губернатор⁈ Это же какие… какие выгоды нам сулит, верно! Полномочия, ресурсы, влияние — всё при тебе.
— Мой долг, — ответила Гюрза твёрдо, — не позволять заключать невыгодные для Провинции контракты. Все подрядчики и партнёры будут выбираться строго через тендер. И к казне, — она сделала паузу, — посторонние доступа иметь не будут.
Питон нахмурился.
— Что значит «посторонние»? — произнёс он с нажимом. — Это ты родного отца называешь посторонним? Ты, кажется, забываешься, девочка. Род должен быть для тебя выше всего. Род держит тебя, кормит тебя, защищает тебя. И ты обязана думать о нём прежде, чем о каких-то там показателях эффективности региона.
Гюрза не стала спорить. Не было смысла. Да и ей необходимо было собирать чемоданы.
Она уже повернулась полубоком к двери, но не удержалась, чтобы напоследок не бросить:
— Ты сам говорил, отец,— улыбка все же скользнула по ее пухлым губам, — что в первую очередь я должна сблизиться с королем Данилем. А он сблизится со мной только если я поступлю по совести во благо Багровых Земель. Так что прощай, отец!
— Гюрза! — раздался сердитый окрик уже ей в спину. Но что Питон мог ей сделать? Удержать леди-губернатора от исполнения своих обязанностей? Потом же сам пойдет к регенту на ковер. А все уже в курсе, как вчера Данила разогнал войска Угля и Хлопка.
Гюрза развернулась и гордой походкой от бедра вышла в коридор. Дверь закрылась мягко, без хлопка, но эффект был тот же — комната словно опустела.
Питон несколько секунд сидел неподвижно, затем резко вскинулся, стул с грохотом отъехал назад.
— Только голубей сейчас мне не хватало!— выругался он раздражённо и метнулся к окну. — Эта предательница ведь может!
Захлопнул створку, защёлкнул замок, дёрнул шторы. В прошлый раз мебель еле отмыли от голубиного помета.
Потом вернулся к столу, рухнул в кресло и замер, сцепив пальцы, как будто пытался собрать мысли в кулак. Глаза бегали, дыхание сбилось.
— Леди-губернатор, значит… — пробормотал он себе под нос. — Посмотрим, как долго ты продержишься без крыши рода. Сама ко мне прибежишь, неблагодарная стерва!
И вдруг под шкафом что-то зашуршало, затем тихий скрежет прошёл по стене. Питон нахмурился — сначала решил, что это снова голуби пробрались на чердак. Но нет, звук шёл снизу. Он и не подумал, что пакостить могут не только птицы, но и мыши — тех в подвале развелось предостаточно, чтобы леди Гюрза сумела оставить прощальный подарок отцу.



Глава 7

Наконец-то я на свадьбе друга. Москва, шум, свет, звон бокалов, приглушённая музыка — всё перемешалось в один длинный золотой миг. Гришка сияет, довольный, будто выиграл войну и теперь празднует капитуляцию Хань и Рима вместе взятых. Сидит во главе стола между двумя жёнами и выглядит абсолютно счастливым. Скромница Адия сегодня просто неузнаваема: глаза сверкают, платье расшито драгоценными камнями, будто это она невеста. По другую сторону от жениха Настя — теперь уже не княжна Лопухина, а Калыйр, — смеётся, что-то рассказывает моей Маше, и обе весело поглядывают то на меня, то на Гришку. Явно что-то задумали две бывшие княжны.
Светка в новом опрятном камуфляже, глядя на молодоженов, поднимает бокал и с ехидцей протягивает по мыслеречи:
— Ну, может, теперь Гришка хоть по борделям перестанет шастать.
Лена, стоящая рядом, пожимает обнаженным плечами, подчеркнутыми бретельками, даже не оборачиваясь:
— Это вряд ли.
Светка фыркает, смеётся:
— Ага, я тоже так думаю.
Гришка уже успел подколоть меня — мол, теперь не только я один женат на княжне. Я лишь пожал плечами, не видя смысла спорить. Но Камила, разумеется, не удержалась и вставила своё слово: заметила, что я, между прочим, женат ещё и на бывшей принцессе Золотого Полдня, а также на вице-регенте Багровых Земель, а в числе избранниц у меня значится и принцесса Шакхарии. Так что, дескать, Гришке ещё есть куда расти. Юный батыр слегка приуныл — но ровно на одну секунду. Потом снова расправил плечи и заулыбался, будто и не слышал подколки.
Вообще я только рад за друга. Среди моих вассалов — будущих в том числе — не хватало только ещё одного многоженца. Я поначалу надеялся на Ледзора. Вот только там без шансов — морхал влюбился в Кострицу. А Кострица — это жуткая собственница до мозга костей. Так что Одиннадцатипалому придется свыкнуться с единственной благоверной. Хотя, судя по его виду, он и не особо против.
Музыка меняет ритм, и я оказываюсь на танцполе с Лакомкой. Она лёгкая, почти невесомая, словно сама мелодия крутит нас её. Платье бликует, глаза смеются, и я действительно расслабляюсь, позволяю себе просто быть. Ни королём, ни регентом, не конунгом, ни Лордом-Демоном — просто человеком на празднике.
Посреди поедания закусок за спиной раздаётся знакомый голос, сухой, уверенный:
— Ваше Высочество, желаю вам хорошо отдохнуть! Не могли бы вы отойти ненадолго?
Обернувшись, я вижу Владислава Владимировича. Каким-то чудом он тоже оказался здесь, на свадьбе.
— Владислав Владимирович, почему бы и не пообщаться с хорошим человеком, — улыбаюсь.
Доедаю на ходу канапе с угрём и двигаюсь вместе с начальником Охранки прочь из зала. Мы входим в небольшую комнату — уединённую, почти музейную. Вдоль стен тянутся полки, заставленные десятками лошадиных статуэток: бронзовых, стеклянных, деревянных.
Кресла здесь удобные. Усаживаемся друг против друга, и Владислав Владимирович смотрит прямо, не моргая.
— Итак, Ваше Величество, — произносит он размеренно. — Вы теперь и король, и регент, и конунг, и граф Российского Царства.
Я усмехаюсь, но без вызова:
— Вы на конфликт интересов намекаете, Владислав Владимирович?
— Сам всё понимаешь, Данила Степанович, — вздыхает Красный Влад, который уже наверно жизни не рад что когда-то связался со мной. Столько трудностей ему точно никто не доставлял. На одних моих титулах можно себе шею свернуть.
Пожимаю плечами:
— Багровые земли и Русское Царство не пересекаются. Можно наладить торговлю, дороги, артерии — всё пойдёт на пользу обеим сторонам.
Он коротко кивает.
— Звучит неплохо, а что насчет Транспортного портала?
— Система стел в Невинске скоро заработает. Транспортный портал будет открыт, мы откроем постоянный коридор между мирами. Мы даже попробуем вывести линии не только на Боевой материк, но и на Багровые Земли напрямую.
Владислав Владимирович чуть прищуривается, взгляд становится испытующим.
— А портальными технологиями не хочешь поделиться, Данила Степанович? Хотя бы частично.
— Там нужны стелы, — спокойно отвечаю, хотя, конечно, хитрю. — У вас ведь есть одна-две?
Он кивает:
— Есть. Пара трофейных. После старой экспедиции.
— Отлично, — говорю, вставая и выпрямляя пиджак. — Обещаю их настроить, куда вам нужно. Всё-таки вы мои важные партнёры.
— Ты всегда останешься для нас с Борисом почти родным, — неожиданно говорит Красный Влад, и в этот момент он совсем не похож на того бесстрашного, жуткого начальника Охранки, о котором ходят легенды одна страшнее другой. Голос мягкий, взгляд человеческий. Да ещё и Царя назвал по имени — вот это поворот.
— И мне дорого Царство, Владислав Владимирович, — киваю я, чуть теплее обычного. — Потому и буду делать всё, чтобы на моей родине всегда было хорошо и люди жили достойно. Ну и мой род тоже там процветал, — улыбаюсь.
Красный Влад благодарит, кивает — на том и расходимся. Похоже, вся эта встреча ему нужна была лишь для одного: разобраться со стелами, что числятся на балансе Царства, и наконец настроить их. Без меня, а точнее — без моих гомункулов и Порталка, ему всё равно не справиться. А разговор про «конфликт интересов» — чистая дипломатия, повод поторговаться.
Впрочем, мне не жалко помочь Царству со стелами. Всё равно больше одного, ну максимум двух коридоров у них не получится. И те будут нестабильные, разваливающиеся при каждом всплеске энергии. Без портальщиков сложно добиться стабильного портала. Через такие даже постоянные перевозки не наладишь. Только отправлять дипломатические и военные группы.Поэтому мои люди и корпят над полноценным Транспортным порталом — над тем, что будет работать без сбоев, на мощностях, где уже не останется места случайности.
Возвращаюсь в зал, снова втягиваюсь в поедание закусок, которое иногда прерывается танцами с женами да еще кем-то кто настырно напрашивается и кто смог проскочить заслон Светки и Насти.
Вот, например, кто неожиданно объявился — Катя Фиткина, бывшая одноклассница. Подскочила ко мне без тени стеснения, как будто мы вчера из-за парт вышли. Похорошела, повзрослела, замуж выскочила — и, видимо, решила поделиться радостью. Перекинулись парой слов, посмеялись, вспоминая, как она когда-то упорно пыталась отбить меня у Лены.
— А оказывается, всего лишь надо было запастись терпением, — заключает Фиткина, ныне уже Предякина, бросив косой взгляд на Светку, которая смотрит на неё своим фирменным, огненным взглядом, от которого редкая женщина не теряется. — Подождала бы, пока тебе разрешили многожёнство — и кто знает, как бы всё сложилось.
— Хорошо, что ты оказалась нетерпеливая, — смеюсь я в ответ.
Она на секунду задумывается, потом улыбается уже без тени кокетства:
— Наверное, да. Поздно жалеть — всё и правда сложилось, как должно.
Посреди веселья, когда все уже успели как следует поднагреться, в зал входят старейшины Среднего жуза — вечные соперники Старшего. Деды суровые, морды каменные, будто не на свадьбу пришли, а на разборку. Один из них, сухой, жилистый, с серыми глазами и подбородком острым, как клинок, поигрывая четкам выходит вперёд и направляется прямиком к Гришке.
— Григорий Калыйр, — произносит он хмуро, с нажимом. — Твоя свадьба, конечно, дело весёлое, но где оплата Среднему жузу?
Гришка мгновенно реагирует, улыбается широко, без тени смущения:
— Оплата? Нарезкой сыра и форели принимаете, старейшина?
— Несмешно! — рявкает тот. — Вы разбили нашего Улыра и должны возместить ущерб.
Я чуть поворачиваюсь в кресле, наблюдая за сценой. Тема действительно занятная. Улыр — тот самый предатель, что недавно сдал наше местоположение афганцам. И вот теперь они пришли требовать за него плату.
Гришка молодец не теряется. Он ухмыляется и отвечает с нарочитым спокойствием:
— Так а чем за него платить, старейшина? Тухлыми яйцами? Или может, навозными лепешками?
— А ты всё такой же шутник, — цедит старейшина, скрещивая руки на груди. — От лица Среднего жуза я требую компенсацию за разгром рода Улыр.
Тут я уже подошел поближе с одного бока, а Светка и Настя с другого. Тоже почувствовали веселье. Лена с Камилой, неторопливо попивая вино, решили не вмешиваться и продолжили свой разговор с Адией. Лакомка с Машей и невестой тоже остались в стороне.
Старейшина вдруг переводит взгляд на меня, задерживается.
— И от тебя, граф Данила Степанович, я тоже жду компенсацию.
Ого, и меня даже успели прицепить.
— За изменников нынче платят выкупы? Это что, казахский обычай? Не слышал о таком.
Старейшина воспринимает мои слова на свой счет и вскипает.
— Ты, — выдыхает дед с налётом презрения, — я знаю, кто ты. Простолюдин, поднявшийся из ниоткуда. Мальчонка из провинции.
В зале становится тише, будто кто-то выключил звук. Даже бокалы перестают звенеть. Все, обернувшись, ждут, что я сейчас прихлопну деда за оскорбление, но неа, мне лень мараться. Бить полоумного старика — ниже моего достоинства. Да и свадьбу портить — последнее дело.
Старейшина, воодушевлённый своей безнаказанной дерзостью, довольно растягивает потрескавшиеся губы в ухмылке. Но на самом деле дед явно нервничает. Даже пальцы, которые перебирает чётки, дрожат. Впрочем, он сам этого не замечает. Сует чётки в карман, пытаясь вернуть себе уверенность. Это ему будет сложно. Я уже известен даже за пределами Царства не в последнюю очередь благодаря репортажам Ольги Валерьевны.
— Выговорился, дед? Всё сказал? А теперь, — произношу я лениво, — посмотри в свой карман.
— Что? — хмурится он, но послушно достает руку с четками из кармана. И тут же замирает. Вместо чёток он вытаскивает тонкую серебристо-зелёную змеюшка с крошечным гремучим хвостом. Та извивается, сверкает чешуёй и шипит — звонко, с металлическим резонансом. Подарок наш с Ломтиком. Щенок доставил змеюшку, ну я запрограммировал ее.
— Познакомься, с хохотушкой, — бросаю.
Старейшина вскрикивает, отшатывается, но поздно — змеюшка уже распрямилась, оттолкнулась хвостом и с точностью молнии впивается ему прямо в нос. Раздаётся пронзительный вопль, такой, что даже скрипка оркестра запинается. Старейшина мечется по залу, хватается за лицо, пытается отцепить хохотушку, но та только сильнее обвивается вокруг головы, шипя от восторга.
Я вздыхаю, обводя взглядом зал, в поисках нового бокала.
— Что-то давно не было тоста, кстати, — замечаю я с улыбкой, будто ничего особенного и не происходит.
Гришка тем временем чуть ли уже валяется от смеха, держится за живот, едва выговаривая:
— Надеюсь, она не ядовитая, Дань?
— Ядовитая, — отвечаю спокойно, отпивая глоток. — Только безвредная. Её яд вызывает приступы смеха.
И действительно — старейшина уже вылетает в коридор, согнувшись пополам, захлёбываясь хохотом. Лицо у него пунцовое, глаза слезятся, а змея, довольная проделанной работой, уже сползает с него и исчезает. Ломтик, предусмотрительно, возвращает её в террариум — та сворачивается клубком, уютно, будто героиня, заслужившая отдых после бенефиса.
— Ну, денёк посмеётся, — добавляю я, перехватывая у проходящего мимо официанта бокал шампанского. Поднимаю его повыше и громко бросаю:
— Горько! Горько!
Толпа моментально подхватывает крик, зал взрывается смехом и гулом. Гришка с Анастасией Калыйр, красные как раки, всё-таки исполняют требование публики под одобрительный гул гостей. Музыка вновь набирает силу, шум возвращается, будто ничего и не случалось.
* * *
 Кремль, Москва 
Царь Борис, как обычно, трудится на благо Царства даже после заката. Свет в его кабинете горит до поздней ночи, когда туда заходит Владислав Владимирович.
— По порталам договорился, — отчитывается начальник Охранки, закрывая за собой дверь. — Наши стелы настроят, запуск подготовят.
— Неплохо, неплохо, — кивает Царь, не отрывая взгляда от отчетов на столе. — Значит, сможем плотнее заняться Той Стороной. Хотелось бы свои колонии завести, да и вообще может найдем рудники какие-то. По твоим отчетам у Данилы очень уж много золота. Значит, он либо имеет рудник, либо договорился с аборигенами…Интересно какими.
— Да, но для полноценной торговли всё равно нужен Данила со своим Транспортным порталом, — напоминает Красный Влад.
— Безусловно, — соглашается Борис, откинувшись в кресле. — Данила парень ответственный. Если с ним по-человечески, без подвоха — он и сам никого не кинет, и партнёров своих не подведёт.
Он на секунду задумывается, потом добавляет без перехода:
— А как у твоего сына с его сестрой, всё спокойно?
— Всё хорошо, — отвечает Владислав Владимирович недовольно. — Встречаются, общаются без ссор.
— Славно, славно… — кивает Царь и снова опускает взгляд на бумаги. — На том и Царство держится.
* * *
 Усадьба Калыйр, Москва 
После праздника, когда гости уже разошлись, а музыка стихла, бывшая княжна Лопухина, готовясь к брачному ложу, неожиданно спрашивает Гришку:
— А как ты смотришь на идею, чтобы сходить на двойное свидание?
Батыр сразу оживляется, в глазах загорается азарт:
— Это я с двумя девушками должен гулять? — уточняет он, предвкушая. — Только за!
Анастасия Калыйр смеётся, легко хлопает его по плечу:
— Нет, глупенький. Я про Даню с Машей. Позовём их и прогуляемся вместе, ммм?
Гришка на секунду задумывается, выражение лица становится серьёзнее:
— Если только Даня вырвется, — протягивает он. — Хотя, сомневаюсь. Мы даже мой мальчишник справляли под штурм усадьбы дроу. А сейчас у него Доминион на шее — дел выше крыши.
— Оу, значит, Данила до сих пор лично участвует в операциях? — удивляется Настя, наклоняя голову. В её взгляде мелькает задумчивость. — Даже как-то неожиданно для короля.
— На этом его род и держится, — пожимает плечами Гришка. — Правда, в последнее время он сам в поле выходит всё реже — только если надо поучить жизни Грандмастеров да всяких непонятных Лордов-Демонов.
Анастасия прищуривается, в глазах у неё появляется озорной блеск:
— Значит, надо напроситься с ним на одну из таких операций. Гриша, скажу прямо, — она делает шаг ближе и кладёт ладонь ему на грудь, — с Данилой нужно дружить. Тем более, если ваша авантюра с Доминионом сработает, он станет твоим сюзереном.
— Не если, а когда, — с ухмылкой поправляет Гришка, любуясь женой.
— Тем более! — Настя улыбается в ответ. — А подобные прогулки и совместные вылазки только помогут укрепить союз. Поэтому я уже договорилась с Машей о двойном свидании.
— Вот ты умная, — восхищённо качает головой батыр, а потом взгляд его невольно скользит по её бёдрам в чулках. — И красивая.
Настя смеётся, отступая к кровати:
— Ладно, ладно, я поняла, чего ты хочешь, батыр. Дела обсудили — теперь можно и о себе позаботиться. Чего стоишь? Иди целуй меня.
И Гришка пошёл — с тем самым видом, как будто собирался на штурм очередной крепости.
* * *
Позже, когда мы с жёнами летим обратно в Будовск и, не теряя времени на переход через стелы, сразу из самолёта переносимся во двор Багрового дворца, воздух вокруг дрожит от перепада давления. Едва успеваем стабилизироваться, как Лена, стоящая впереди, резко выпрямляется, глаза расширяются.
— Что это⁈ — восклицает она, глядя вперёд.
Над башнями пляшут красные отблески. В воздухе запах гари и раскалённого металла.
— Что за Астрал тут творится? — бросаю я.
Над Багровым дворцом бушует пламя.



Глава 8

 Шпиль Теней, Золотой Полдень 
Феанор улыбаясь шагает по залитому мягким светом коридору Шпиля Теней, покачивая рубиновой клешнёй. Вокруг тянутся мраморные своды, на которых отражаются отблески кристальных фонарей. Настроение у бывшего Воителя замечательное. А почему бы и не да? Он король! Он правит громарами, сильнейшими воинами! Его королевство больше чем у Филинова! А еще он только что со свидания, вот!
Свернув за очередной поворот, Феанор замечает впереди Зелу и Бера, стоящих у колонны и спорящих, как водится, всегда с азартом. У Зелы руки уперты в голые боки, глаза сверкают, а Бер, опустив голову, виновато мямлит что-то неразборчивое, стараясь не смотреть в лицо своей вечной невесте.
— Ну-ну, — с ленивой усмешкой произносит Феанор, подходя к племяннику с воительницей. — И чего вы тут разорались? Опять ругаетесь?
Бер вздыхает и бурчит, неуверенно ковыряя подошвой плитку:
— Да вот хочу в Багровый дворец попасть. А наша комендант не дает добро! Уперлась!
Зела отмахивается, как от назойливой мухи:
— А тебе там делать нечего! — командирским тоном заявляет она. — И вообще, ты мечник, мечник должен махать мечом каждый день, тренироваться, а не в замках прохлаждаться! Тем более если ты лучший мечник, как сам любишь повторять.
Феанор, скривив губы, фыркает:
— Багровый дворец? — уточняет он. — Это что, в Багровых Землях, что ли? И при чём тут Бер? Кому ты там сдался?
Зела закатывает глаза, театрально всплескивает руками:
— Дядя, да ты прямо в танке живёшь!
Феанор моргает.
— В чём живу?
— В танке, — терпеливо поясняет Зела, подбоченившись. — Это такая военная машина людей. Ты до сих пор не выучил их военную терминологию? Я же тебе говорила, читай инструкции! Ты же Воитель!
— Бывший Воитель, — проворчал Феанор. — Нынче я — король Морской Впадины.
Бер, чувствуя, что разговор снова скатывается в сторону лекции, виновато чешет затылок, пытаясь не рассмеяться:
— Да я вот зубрил, Зела заставила…
Феанор машет клешнёй:
— Ладно, хватит нести чушь. Живо рассказывайте, к чему весь этот балаган? Причем тут Багровый дворец?
Зела, резко выдохнув, складывает руки на груди, стянутой ремнями:
— Король Данила стал регентом Багровых Земель.
Феанор застывает, клешня медленно опускается. Несколько секунд он стоит, будто переваривает услышанное.
— Что⁈ — выдыхает он наконец, вскинув брови. — Филинов — король-регент Багровых Земель⁈ Да как он умудрился⁈ Куда делся сам Багровый Властелин⁈..
— Багровый Властелин отошел от дел, отдав правящий Жезл Даниле, — кивает Зела. — Я там была и видела это своими глазами.
— Филинов! Ты не смеешь! — от хорошего настроения Феанора не осталось ни следа.
Зела фыркнула и бросила в ответ, не сдерживая язвинки:
— А тебе-то что? Порадовался бы хоть раз за кого-то, кроме себя. Король Данила, между прочим, твой родственник, он женат на твоей племяннице.
Бер усмехнулся, почесав щеку:
— Да у дяди опять эго взыграло. Данила посмел получить королевство побольше, чем у Феанора, вот и он бесится!
Феанор резко щёлкнул клешнёй, и Бер прикусил язык.
— Этот Филинов хочет опередить меня.
Зела закатила глаза:
— Боги, дядя, да сколько можно! Данила стал регентом, чтобы уделать тебя, да? Ты серьёзно так думаешь? Умерь свой нарциссизм! У нашего короля были другие причины так поступать, и о тебе он думал в последнюю очередь.
Феанор сжал клешню так, что суставы похрустели; резкий звук вызвал у обоих лёгкую паузу.
— Где Филинов сейчас? — спросил он коротко.
— В Багровом дворце, — ответила Зела ровно, немного напрягшись, — правит.
— Не пойдёшь же ты к Даниле устраивать разборки? — удивился Бер. — Ты уже через это проходил: тогда тебя как-то перемкнуло, и ты ушёл жить на дно.
Феанор резко развернулся, и, щелкая клешней, бросил:
— Я пойду не к Филинову.
— А куда? — Зела крикнула ему вслед.
— Расширять своё королевство, — свирепо рыкнул бывший Воитель. — Раз Филинов присвоил себе Багровые Земли, я возьму что-то другое. Я не позволю, чтобы этот телепат превосходил меня в размерах королевства.
Широкая спина Феанора скрылась за поворотом, а Бер и Зела переглянулись.
— Кому-то сегодня сильно не повезёт… — протянул мечник, задумчиво поигрывая пальцами на рукояти. — На что ставку делаешь? Мне кажется, сто пудов достанется Атлантиде. Она ближе всех к громарам — первой и попадёт под горячую руку.
— Не стоило ему говорить, что Даня стал регентом, — вздохнула Зела, и её обнажённые плечи опустились, будто под грузом предчувствия. Бер тут же шагнул к невесте и мягко приобнял её, притягивая ближе.
— Зел, да ты чего? — тихо сказал он. — Он бы всё равно узнал. Днём раньше, днём позже — какая разница?
— Эх, надо сообщить Даниле, — пробормотала Зела, уткнувшись лицом в его грудь. — Кажется, кое-кто собирался в Багровый дворец. Вот ты и расскажешь!
— Эй, так нечестно! — возмутился Бер. — С такими новостями я туда точно не хочу идти!
* * *
Мы с женами застыли. Прямо над головами расцветают десятки огненных шлейфов. Я стою во дворе, щурюсь, всматриваясь. Ну слава Астралу, хоть горит не весь Багровый дворец, только одна пристройка, невзрачный склад. Из пламени вырываются новые вспышки, громыхают залпы салютов, и небо раскрашивается разноцветными огнями.
— Что здесь творится? — крутит головой Светка.
— Ни на минуту без присмотра нельзя оставить, — строго замечает Камила, закутываясь в пелерину.
Синие Плащи уже тут — цепью оцепили периметр, окружили горящий склад, магией воздуха направляют потоки ветра, чтобы пламя не перекинулось дальше. Рядом шныряют горгоныши. Выводок порыкивает возмущенно.
Вижу Рвачей — тоже рыщут по двору. Да и Змейка сияет вся, как всегда после заварушки.
Змейка подходит первой, вся взъерошенная, довольная, хвостом едва не сносит ближайший фонарь. Улыбается самодовольно, глаза блестят.
— Мазака, выводок на стрраже, фака.
Быстро читаю воспоминания хищницы. Ну да, горгоныши молодцы.
— Хорошие мальчики и девочки, — соглашаюсь, и Змейка мурчит.
Из-за её спины выходят Ауст и Грандбомж. Второй, понятно, сразу пошел к горящему складу, да и не глядя нырнул в огонь.
— О-о-о… — опешила Лена.
— Ничего, как склад догорит, обратно соберется, — отмахивается Настя.
Я смотрю на Ауста:
— Что случилось?
Ауст как глава Синих Плащей отчитывается:
— Лазутчики, регент. Хотели проникнуть на территорию, — некромаг смотрит на бегущих к нам горгонышей. — Твои звери, эти Горгоны, первыми их заметили. Подняли тревогу, загнали в угол и поймали. Только вот склад с салютами загорелся вовремя загона.
Я перевожу взгляд на горящий склад, на клубы дыма и искры, поднимающиеся вверх, и усмехаюсь:
— Молодцы, горгоныши! — бросаю подбежавшим малышам размером с теленка.
В ответ одна из них с довольным ворчанием падает на спину, лапы кверху, хвостом машет в стороны, и начинает требовательно хрипеть, мол, «чесать немедленно». Тут же вторая, третья, четвёртая — вся стая дружно плюхается рядом. Жёны, конечно, не удерживаются: хихикают, присаживаются рядом, подняв юбки платья, начинают гладить их по животам и шее, шуршат чешуёй. Тварюшки урчат довольные.
Я киваю Змейке:
— Мать выводка тоже молодец. Всё под контролем, вижу.
Хищница гордо выпрямляется, поправляет ремни боевой портупеи, которые каким-то образом удержались на ней, хоть она и сменила обличье на боевое.
Пока горгоныши ведут себя как гигантские кошки — ворочаются, урчат — Синие Плащи уже тушат последние языки пламени. Последние салюты еще раскрашивают небо.
Поворачиваюсь к Аусту, качаю головой:
— А откуда вообще столько фейерверков взялось? Нахрена целый склад?
Ауст пожимает плечами, будто это не его дело:
— Багровый Властелин любил праздники. Склад был старый, там хранились петарды и ракеты. Лазутчики полезли туда, отбиваясь от Горгон, швырнули огненную технику, всё и полыхнуло.
Салют-то вышел на удивление красивый. Эх, жаль, Гришка не видит — такое цветовое представление как раз под свадебное настроение подошло бы.
— Горгонышам выдать по ведру яиц. Заслужили, — распоряжаюсь.
Маша спрашивает Ауста:
— Кого-нибудь взяли живым?
Некромаг отчитывается перед моей женой:
— Остался один живой. Синие Плащи сейчас его допрашивают, уже начали раскручивать. Остальные сгорели вместе со складом, даже опознать нечего.
Я киваю.
— Хорошо. Я жду результаты в своём кабинете. Приходи сразу как закончите дознание.
Направляясь во дворец, на ходу стаскиваю белые лайковые перчатки, сжимаю их в ладони и засовываю в карман. Следом расстёгиваю бабочку — вечер выдался длинным. Вхожу в кабинет, бросаю удаваку на стол. Сам опускаюсь в кресло, откидываюсь на спинку, закрываю глаза.
Внутри будто что-то щёлкает — не тревога, нет, скорее тихий сигнал, предвестник. Троеглас пытается зашевелиться. Один из братьев — демонический младший — что-то пытается провернуть, да кишка тонка. Мой мозг — моя крепость, и если это не так, то у меня никогда не было перепончатых пальцев!
Я ныряю в свое подсознание, Бастион раскрывается во всю ширь своих высоких крепостных стен. Два брата Троегласа продолжют висеть забальзамированными в синих кристаллах анабиозах.
Бросаю тоненький мыслещуп к младшему брату.
— Ну чего не спится? — спрашиваю со скукой.
Младший Троеглас замирает испуганно, но поняв, что уже спалился, все же умоляет:
— Отпусти нас.
Я хмыкаю.
— Куда я тебя отпущу? — искренне недоумеваю. — Теперь вы с братцом всего лишь — два сознания. Ваши тела уже сгнили в земле.
Шёпот становится глубже, будто за спиной прошёл сквозняк:
— В Астрал.
Тут я призадумался. Потому что перед глазами пробежались варианты.
— Ты хочешь, чтобы я тебя убил что ли?
Тот отвечает утвердительно:
— Просто выбрось в Астрал. Гора не позволит мне умереть. Никогда.
Я чуть не спросил: а жирдяй и такое может? Конечно, Троеглас думает, что может.
Мда, дела. Забавно. Секунду думаю, одновременно почти машинально снова погружаю Троегласа в анабиоз. Отпускать в свободное плавание опасного врага — такая себе идея. Но за информацию спасибо, рогатый.
Возвращаюсь в реальность. Дверь тихо скрипит — в кабинет входит Камила все еще в бальном платье, за ней высится Ледзор. Супруга и морхал пришли по-моему зову.
Я, уже сделав закономерные выводы из короткой беседы с Троегласом, задумчиво спрашиваю:
— Вот кто, по-твоему, такие телепаты, Одиннадцатипалый?
Морхал хмыкает, с присущей ему прямотой:
— Хрусть да треск, и лешему же ясно! Мозгоправы вы, граф.
Камила усмехается, слегка наклонив голову, продемонстрировав идеально ровную линию шеи:
— Отчасти верно, да же, Даня?
Я киваю, пальцы постукивают по столу.
— В детстве, когда я только открыл Дар, тоже так думал, — говорю я. — Когда только начинал постигать телепатию, считал, что это просто управление мыслями, игра с чужим разумом. Потом оказалось — нет. Всё глубже. Астральные боги — тоже по сути телепаты. Только у них совсем другие масштабы. Они могут влиять на Астрал, могут не дать умереть. Могут удержать сознание, не отпустить его на перерождение, если захотят.
Поднимаю взгляд и встречаюсь глазами с Камилой.
— Понимаешь, — тихо добавляю я, — можно остаться в Астрале и даже вернуться назад. Если ты достаточно сильный, ну или твой близкий достаточно сильный сверхтелепат, чтобы не позволить тебе уйти насовсем.
Камила молчит. Только чуть приподнимает бровь, и в её взгляде читается то, что она не скажет вслух. Она поняла. Целиком. Я знаю, что теперь ей не нужно объяснять ничего. Умные женщины понимают своих мужей. А Камила умная.
— Хм, какие-то мутные дебри, граф, — нахмурился Ледзор, который тоже и близко не дурак, но у него другая специализация. — Философия не мое, сразу скажу.
— Конечно, Одиннадцатипалый, — киваю. — Не волнуйся, больше не буду тебя заморачивать. Как раз и Ауст сейчас придет.
Жить вечно — это, конечно, прекрасно. Но сейчас, увы, не до высоких материй. Дел полно, и все куда более приземлённые.
Дверь открывается, и в кабинет входят Маша и Настя, которых тоже позвал. Девушки уже скинули платья и щеголяют кто в чем: Мария Юрьевна в блузке и брюках, а Настя по обыкновению в шортиках и майке. За ними следует Ауст, который привычным жестом захлопывает дверь… прямо перед носом Грандбомжа. Тот обиженно бухтит за дверью, но Ауст не ведётся.
— Допросили, — говорит некромаг, коротко, без вступлений.
Я готовлюсь угадывать:
— Ну и кто набрался смелости вторгаться в Багровый дворец?
Ауст морщится, будто жуёт лимон:
— Король-регент, этого лазутчика послал… — но договорить он не успевает.
В этот момент за дверь тянется знакомый бубнеж:
— Убей…
Ауст раздраженно выдыхает, даже не оборачиваясь:
— Опять начинается. Сколько можно!
Потом раздражённо добавляет:
— Слушай, король, а нельзя этого бомжару отладить от меня, а? Я его уже неделю избегаю!
Я криво усмехаюсь:
— А ты зачем ему некротику показал? Теперь он же подсел! Теперь будет до конца жизни просить «убей меня». Классика жанра.
Ауст возмущённо всплескивает руками:
— Так это ты сам нас вдвоём на задание отправил! Конечно, он увидел некротику! Я ж не мог закрыть ему глаза на всё время, пока мы под огнём стояли!
Я делаю вид, что не сочувствую, и невинно киваю:
— Да неудобно как-то получилось.
Некромаг прищуривается:
— Король-регент, неужели ты специально нас вместе отправил, да? Раньше он к тебе приставал, а теперь ко мне.
Я развожу руками, изображая искреннее недоумение:
— Делать мне больше нечего, как устраивать, чтобы ты страдал от внимания Грандбомжа. Серьёзно, лорд? Я, между прочим, занят государственными делами, а не вашими психологическими драмами.
Камила, Настя и Маша синхронно бросают на некромага обвиняющие взгляды, да и Ледзор неодобрительно дергает бороду. Ауст теряется, явно пытаясь понять, не разводят ли его. Он даже запинается, краснеет:
— Я извиняюсь, король-регент. Явно переборщил.
Настя не выдерживает и, прикрыв губы ладонью, тихо хихикает. Даже Камила отворачивается, чтобы не рассмеяться вслух. Ауст окончательно понимает, что его провели и он теперь нянька Грандбомжа.
Я же серьезно бросаю:
— Что там с этим лазутчиком?
Ауст вздыхает и выпрямившись отчитывается:
— Его послал лорд Балбесель. Один из приближённых Лорда Угля. Судя по всему, хотел подставить Лорда Хлопка.
— Ну, ничего оригинального, — киваю. — Конечно, это вряд ли сам Лорд Угля, скорее уже его вассалы проявили самодеятельность, но вины первого это не отменяет.
Настя, нахмурившись, уточняет по мыслеречи:
— Я не пойму, Даня, у дроу что, лорд может быть вассалом другого лорда? Здесь, в Багровых землях, так принято? Как это вообще работает?
Мм, что-то мы это пропустили. Настя — и отличная воительница и охотница, да и вообще милашка, но пробел в осведомленности явно налицо. Подключаю к каналу Машу, чтобы она взялась за этот недочет как главная младшая жена.
— Да, иерархия у дроу своя, — бросаю. — В России нетитулованные дворяне подчиняются титулованным и баронам, и все они — графам и князьям. Всё проще. А в Багровых Землях лорд под лордом, и лордом погоняет.
— Понятно, — морщинка пролегает на лбу Насти, и она теребит ремешок шортиков.
Я же достаю из ящика стола связь-артефакт:
— В общем, раз Лорд Угля накосячил, пускай и разгребает эту кашу.



Глава 9

 Усадьба Лорда Угля, Нема 
В спальню врывается старший гвардеец, едва переводя дыхание, глаза расширены, слова вырываются с хрипом:
— Господин, пожар в Багровом дворце! Там горит! Вы должны это знать!
Лорд Угля рывком поднимается с кровати, сбрасывая с себя покрывало и отбросив шлюх, пахнущих вином и ладаном. Голос его гремит, как раскалённая кузня:
— Что⁈ Какой ещё пожар⁈ Кто полез в Багровый дворец⁈
Неужели кто-то из лордов решил захватить регента в плен? Это точно не Лорд Хлопка, но кто тогда? Лорд Золота? Но разве он не в курсе, что у Филинова есть тысячи Демонов, которые способны разогнать целых два войска?
А может, это кто-то из своих напортачил?
Лорд Угля хватает со стола связь-артефакт.
— Балбесель! — рычит он. — Багровый дворец горит! Это ты устроил⁈
Из артефакта, с треском и помехами, доносится дрожащий голос Балбеселя:
— Я… я хотел подставить Лорда Хлопка, как вы велели, господин! Всё шло по плану, я просто…
Лорд Угля сжимает кулак так, что суставы хрустят.
— И что, подставил меня в итоге? Ты опять накосячил?
Балбесель запинается, нервно глотает воздух:
— Да… моего лазутчика поймали. Всё пошло не так.
— Балбесель, ты — балбес! — взрывается Угля, рычит так, что в спальне дрожит воздух. — Ты хоть раз можешь сделать что-то не через задницу⁈
Лорд Угля тяжело выдыхает, сдерживаясь, потом рявкает:
— Ладно. Приезжай ко мне немедленно. Разберёмся лично, без этих визгов по удаленке.
— Я не могу приехать! Вы… вы же меня сразу сдадите королю-регенту! — в панике выкрикивает Балбесель, голос срывается.
— С чего ты взял? — раздражённо бросает Угля и пытается сказать мирным голосом. — Я своих не бросаю, ты же знаешь, — врет он не краснея.
— Я заперся в Зубе и покидать крепость не стану! — быстро отвечает тот.
— В каком ещё Зубе? — Угля нависает над кристаллом, как будто может достать собеседника изнутри. — Ты сейчас сказал, что ты в моём Зубе⁈
— Вы сами доверили мне охранять крепость, господин, — мямлит Балбесель, голос становится жалобным.
Угля багровеет от ярости, плечи напрягаются, зубы скрипят:
— Да ты совсем с катушек съехал! Я тебе поручил сторожить крепость, а ты превратил её в мышиную нору, где прячешься от меня же⁈
Связь обрывается, Балбесель разорвал соединение. Лорд Угля зарычал, сжал артефакт, что он потрескался. И в этот момент поступил новый звонок. Не взглянув на номер канала звонившего, лорд заревел:
— Я с тебя шкуру сдеру…
— Неужели? — звонкий голос раздаётся ясно, без помех.
— Эмм, король Данила? — побледнел Лорд Угля. — Я думал, это не вы.
— Время уже позднее, — спокойно произносит король Данила, — почему не спится?
— Я знаю, что случилось! — поспешно отвечает Угля. — Багровый дворец горит…
— Только один склад, — поправляет Данила. — Не нужно обобщать.
— Я рад. И сразу заявляю: я тут ни при чём!
— Как-так? Ведь лорд Балбесель — ваш вассал, — замечает Данила всё тем же ровным, холодным тоном.
— Я готов ответить за недосмотр за своим подчиненным, — бурчит Угля, выдавливая из себя подобие покорности. — Он действовал по собственной инициативе, я не приказывал.
— Приятно слышать, — отвечает Данила. — Где лорд Балбесель сейчас?
— В крепости Зуб, — нехотя признаётся Угля. — Заперся и не вылезает.
— Тогда туда и отправляйтесь, лорд, — коротко приказывает регент. — Утром я прибуду посмотреть, как вы накажете своего вассала.
Связь гаснет. Артефакт темнеет, рубиновый свет исчезает.
Лорд Угля стоит, неподвижный, с осколками кристалла в руке. Он делает глубокий вдох, потом резким движением хлопает в ладони.
— Портальную стелу! — гремит его голос. — В Зуб! Сейчас же!
Лорд зол, что слушается какого-то смертного, но куда тут денешься? А вдруг Филинов не совсем смертный? Лучше поберечься, да и втереться в доверие заодно.
* * *
Я отправляю Ледзора с альвами взять в осаду крепость Зуб на границе с Огромонией. Еще и Золотого вызываю туда же, а то желточешуйчатый засиделся в Невинске. Там их встретит не выспавшийся и злой Лорд Угля. Без имба-пушки, наверное, не обойтись: щиты у крепости не пробить обычной артиллерией, но выкрутимся.
Ночь сам я провожу дома. Настя спит рядом, сегодня ее очередь, тихо ворочаясь, дыхание ровное. Где-то под утро ко мне тихонько заглядывает Змейка, поставив кофе на тумбочку. К рассвету поднимаюсь сам, да, пройдя в гардеробную, одеваюсь в экипировку.
— Лена, Света, Маша, — говорю по мыслеречи проснувшимся недавно девушкам, — пойдёте со мной.
Лена морщит нос, уже в привычной тональности консерватора:
— Даня, но я же занимаюсь с Кирой законопроектами по Багровым Землям.
— Вот и развеешься, — усмехаюсь я. — На свежем воздухе, с осадой и взрывами.
Еще со школы знаю, как Лена может уйти с головой в учебу ну или работу. Да и не отдыхает она совсем в последнее время.
Встречаемся в столовой и перекусив завтраком, а также прихватив Змейку, через портальный камень молниеносно переносимся на другой конец Багровых Земель. Лагерь альвов раскинулся у подножия скал; палатки плотно, у каждой — метка отряда, костры дымят, воины подвязывают тросы и проверяют осадные громобои. Дальше еще расположился лагерь Лорда Угля.
— Высоко забрался этот замок, — Светка задрала голову, щурясь на сияющие шпили.
Зуб возвышается на самой вершине отвесной скалы — гладкой, как отполированный камень. Ни лестниц, ни вырубленных дорог. Но тут всё не так просто.
— Скала — тоже часть крепости, — замечаю я спокойно.
— В смысле, Даня? — оборачивается Маша, приподнимая брови.
— Она полая внутри, — усмехаюсь. — И не просто пустая. Внутри целая система ходов и залов, а снаружи — общий защитный купол. Скала и замок связаны в единый контур, под одним силовым полем.
— Ого, — Лена загорелась. Любит она архитектурные диковинки. Что ж, я знал куда взять отдыхать свою жену-трудяжку.
Мы спускаемся к лагерю. Ледзор с Зелой докладывают расположение отрядов, я уточняю не выбирался ли кто из крепости на вылазку. Ожидаемо, нет.
Крепость Зуб возвышается прямо на пике скалы, вход скрыт в трещине у подножья, ведущей в сердце утёса. Вся система укреплений рассчитана на одно — не пустить врага внутрь. Значит, надо стучать туда, где никто не ждет: подкопы там, где вентиляция, или по механическим петлям, которые держат заслонки.
Из-за лагеря дроу приезжает на шестилапке Лорд Угля, мрачный и усталый.
— Ваше Величество, ночью я не смог выманить Балбеселя из крепости, — бросает он пристыженно. Что может быть позорнее для гордого лорда, чем неповиновение собственных слуг?
— Ну значит, мы сами зайдем в гости к нему, — отвечаю вальяжно.
— Вы не сможете взять Зуб, — уверяет лорд-дроу расстроенно. — Она неприступная.
Я смотрю на него, затем поднимаю взгляд к небу, туда, где в облаках кружит Золотой Дракон и высматривает коз среди заснеженных склонов.
— Посмотрим, — с улыбкой говорю я. — Даже неприступные крепости имеют двери. Нужно просто знать, с какой стороны стучать.
— Данила Степанович… — вдруг раздается неуверенный женский голос.
У палаток стоит Ольга Валерьевна в деловом костюме с плащом, разве что только надела кожаные сапоги без каблуков. Улыбается, когда видит меня, чуть приподнимает подбородок — это у неё вроде приветствия.
— Ольга Валерьевна, вы пришли вместе с Золотым, — бросаю взгляд на Зелу, и воительница объясняется:
— Ваше Величество, великая княжна Ольга сказала, что ей необходим посмотреть как Золотой закрепил ее уроки на практике.
— Верно, — соглашается племянница Царя.
— Давайте вместе посмотрим, — оглядываюсь на Лорда Угля. — Вы свободны, лорд. Я позову вас в случае необходимости. Сейчас вы отправитесь в свой лагерь и будет ждать моего приказа.
Скулы дроу дергаются, но он сдерживается и выдавливает:
— Слушаюсь, Ваше Величество, — и отчаливает обратно.
— Нам нужен транспорт, Зела, — оборачиваюсь к воительнице и она тотчас все организует.
На джипе мы с женами и Ольгой Валерьевной объезжаем скалу и останавливаемся на противоположной стороне, подальше от лагеря дроу.
— Здесь нет любопытных глаз, Ваше Сиятельство, — Светка объясняет удивленной Ольге Валерьевне.
— Все правильно, — киваю.
Над нами кружит Золотой Дракон, сияющий, словно кусок живого солнца.
— Золотой, прекращай коз доставать, — мысленно отдаю команду. — Давай покажи новую технику — бей по скале. Только сперва спустись ниже, чтобы она тебя закрывала от лагеря.
Желточешуйчатый послушно снижается и разворачивается, поворачивая голову так, что солнечные лучи скользят по его спине, как по зеркалу. Мгновение — и его грудная пластина вспыхивает ярче, чем пламя полудня. Из его груди вырывается ослепительное солнечное копьё — концентрированный луч света огромной мощи.
Луч бьёт прямо в скалу, и земля под ногами еле ощутимо вибрирует.
Но силовое поле вокруг скалы держится. Волны света ударяются о невидимый купол и скользят по нему, рассеиваясь, будто солнце встретило зеркало.
Ольга Валерьевна, в отличие от меня, выглядит восторженной, даже вдохновлённой.
— Великолепно! — говорит она с лёгким трепетом. — Он смог сфокусировать солнечный луч идеально, без потери энергии на рассеивание! Это образцовое проявление сплетения, Данила Степанович!
— Да, только он не пробил купол, — прагматичная Светка думает только о боевом задании.
— Думаю, наш муж и не рассчитывал на это, — подмечает более тактичная Маша, — Правда, Даня? Цель была в другом?
— Да, я просто хотел посмотреть на успехи Золотого, — соглашаюсь с бывшей княжной Морозовой.
Лена же поражена непосредственно Зубом.
— Поле защищает целиком скалу! Действительно, неприступный форт!
— Ну не для нас, но в принципе да, — киваю. — Хочется посмотреть на батареи, что заряжают такой громадный купол. Хватит их только на месяц, но видимо, Балбеселя это не смущает. Свет, вези обратно в лагерь.
— Есть, король-регент, — козырнув мне, бывшая Соколова взялась за баранку и зарулила обратно.
Возвращаюсь в лагерь, и снова зову по мыслеречи Лорда Угля, благо лагерь дроу недалеко.
— Мы слышали шум с другой стороны, — замечает лорд. — Это ваш дракон таранил Зуб?
— Да, опробовали одну вещь, — не отрицаю. Все равно сканеры лорда не смогли определить Солнечный Дар в деле — мешали импульсы купола, а поблизости с местом испытания никого не было — за это я ручаюсь как телепат. Так что лорд не знает что конкретно мы делали да его и не волнует.
— Как вижу, безрезультатно, — замечает Лорд Угля.
— Верно, — киваю. — А потому мы с женами сами пойдем в Зуб.
— Не вижу логики, — хмурится дроу. — Да и возможности.
— Это временное явление, — обнадеживаю его. — Ведь вы пойдете с нами.
— Хммм, — не обрадовался почему-то он.
А я тем временем велю Ледзору собираться. Впрочем, ему много не надо — только сходить за своим топором, без которого он никуда не ходит. Через несколько минут мы уже выдвигаемся небольшой компанией: я, жёны, Змейка, Ледзор и мрачный Лорд Угля. На джипе пересекаем поле и подкатываем прямо к подножию скалы Зуба.
— Король-регент, не думаете же вы, что Балбесель на минуту снимет поле, чтобы шарахнуть по нам из крепостных громобоев? — хмыкает Лорд Угля. — Это было бы глупостью с его стороны, учитывая что тут собрались три Грандмастера.
— О, нет, я про это и не думал, — открываю дверь и выпрыгиваю наружу. Шагаю в сторону железных ворот в толще скалы.
Между тем Ломтик уже открыл теневой портал и огневой расчет в Невинске запустил залп из имба-пушки. Бьют они с другой стороны по скале, но какая разница? Минус энергетических куполов в том, что это одна сплошная мишень. Да, прочная, но если все же пробить, то исчезнет вся защита, а крепость останется голой.
— Это бессмысленно, — ворчит Лорд Угля.
— Ныряй, Мать выводка, — велю я демонстративно вслух, а детали передав уже по мыслеречи.
И к удивлению Лорда Угля, хищница с разбегу бросается в ворота и растворяется в кованом железе. Мгновение — и её пластинчатое тело, словно пар, исчезает, только хвост на прощание махнул.
— Да как… да не может быть… — бубнит Лорд Угля, выпучив глаза.
— Может, Вася, может, — смеется Светка.
Будь Лорд Угля сканером, то бы увидел, что купол погас, но он каменщик.
Даже прислушиваться не надо: внутри скалы раздаётся треск, звон металла, короткие крики стражей. Через минуту тяжелые створки ворот вздрагивают и с грохотом распахиваются.
— Прошшшу, мазака, — порыкивает Змейка, стряхивая кровь с когтей.
— Благодарю, сударыня, — кивнув, я прохожу в широкий зев пещеры. Жены и веселый Ледзор идут следом. Только Лорд Угля задерживается, застыв столбом, но все же поднимает нижнюю челюсть из-под ног и забегает за нами. Вовремя, потому что почти сразу стража Зуба настраивает купол и крепость снова оказывается под новым энергощитом.
— Вперёд, — я веду группу по широкому туннелю мимо развилок.
Пещеры оказались на удивление хорошо освещены и обустроены — будто не подземелье, а подземный гарнизон. Стены выложены ровными плитами, лампы на потолке отбрасывают мягкий свет.
Вскоре мы выходим в огромный зал-пещеру: потолок уходит так высоко, что теряется во тьме, а каждый шаг отзывается гулким эхом. Лорд Угля поднимает руку и указывает вверх:
— Смотрите… эти чёрные железные шары. Пещерные саламандры. Их выпустила стража. Если они активируются — пройти будет непросто.
Конечно, свернувшихся клубками зверюшек я уже почувствовал. К сожалению, ментальному программированию пещерные саламандры не поддаются, только если через псиоинку.
Я не отрываю глаз от потолка, быстро оцениваю траектории падения, скорость и интервалы. Тактика у саламандр простая: упасть на голову да разбить череп.
Я отдаю короткий приказ:
— Змейка, иди.
Хищница кивает, становится бестелесной и скользит вперёд, как тень. С потолка срываются тяжёлые металлические сферы — они грохочут о пол, разбивают каменные уступы, но проходят сквозь бесплотное фигуристое тело. Змейка достигает противоположной двери и машет четырьмя руками — путь чист. Ее силуэт снова становится плотным.
— Ну всё, идём, — командую я. И мы следуем маршрутом Змейки, держась в колонне: я впереди, девушки позади, замыкающие — Ледзор и Лорд Угля.
Да только пещерные саламандры оказались не тупыми. Над головами зашевелилось. Оставшиеся на потолке ящерицы развернувшись переползают к нашему участку начинают падать прямо на нас огромным валом. Я создаю каменный доспех, кастую гранитную плиту и поднимаю её над женами, закрывая их от удара — щит тяжел, как кусок горы; железные шары бьются о щит, звенят, плита трескается под разрывами, но держит. Ледзор и Лорд Угля прикрываются собственными доспехами.
Девушкам приходится труднее. Саламандры отскакивают от плиты, снова складываются и прыгают вновь, норовя ударить в грудь или голову. Светка рычит, метая огонь, но её пламя далеко не идеальное оружие против «железных шаров»: твари плавятся, но не горят. Маша и Лена работают в связке: Маша заливает пол скользким льдом, чтобы тварям стало сложнее отскочить и прыгать, а Лена создаёт металлическую сеть, распластывает её заклинанием по полу — часть саламандр сразу застревает в ней, прижатые.
— Молодцы, девчонки, — бросаю по мыслеречи, отбросив уже не нужную плиту — все саламандры спрыгнули с потолка.
Светка, вся в огненных всполохах, рычит:
— Почему эти гадины не горят!
— Горят, но медленно, — отвечаю.
Очередная из тварей трескается под её пламенем, рассыпаясь на куски. Температурные всплески нужны резкие, тогда и эффект сильнее.
— Ладно, хватит, — вскидываю руки. — Поиграли!
Я накрываю окружение пси-ударом, чтобы сбить атаку: мощная пси-волна накрывает ближайших тварей и заставляет «шарики» кататься от боли. Ментально подчинить этих стальных созданий сложновато, но боль воспринимается как помеха к их двигательной программе. Пещера содрогается от металлического скрежета, и в этот момент мы прорываемся к выходу: кто-то спотыкается, кто-то задыхается, звуки удара и хруста слышны со всех сторон.
Мы движемся вперёд, не давая саламандрам собраться. Ледзор прикрывает фланг; Лорд Угля дубасит Каменным градом по ближайшим шарам, разбрасывая их в стороны. Змейка радостно встречает у противоположного входа. Лорд Угля баррикадирует проход позади валунами и мы движемся дальше вверх, навстречу следующим сюрпризам, спрятанным в каменных пещерах Зуба.



Глава 10

 Багровый дворец, Нема 
Прибывшая Масаса спускается из портального зала во внутренний сад Багрового дворца. Над ухоженными растениями жужжа трудятся пчелы. Магиню встречает Камила — элегантная и ухоженная, чем-то напоминая обликом породистую кошку.
— Добрый день, леди Масаса, — говорит брюнетка с улыбкой.
— Здравствуйте, Ваше Величество, — отвечает Масаса, задерживая взгляд на собеседнице чуть дольше, поражаясь красоте обычной смертной женщины. Впрочем, как уже выяснилось, не совсем смертной… — Где конунг Данила?
Камила оглядывает сад:
— Отлучился. У короля-регента много дел. В его графике сейчас каждое утро расписано по минутам. Но вице-регент вас же устроит, леди?
Масаса чуть кивает, немного разочарованно:
— Это конфиденциальный разговор, Ваше Величество.
— Понимаю. Обещаю, он останется только между нами и моим королем-мужем.
— Председатель предлагает вам помощь Организаторов. Мы можем оперативно выделить несколько сильных магов, специализирующихся на точечном и молниеносном подавлении возмущений аристократов. Ситуация в Багровых Землях напряжённая, многие лорды недовольны возвышением конунга, и умелые ликвидаторы Даниле не помешают.
— Вы хотите одолжить своих ассасинов? — удивилась Камила.
— Верно. В обмен мы просим лишь временный доступ к одному месту силы. Например, к вашим Глиняным ваннам — исключительно в исследовательских целях.
Камила мгновенно хмурится. Её голос остаётся спокойным, но в нём звучит твёрдая нота отказа:
— Спасибо, леди, но Данила Вещий-Филинов не использует чужих тайных убийц. Мы справимся сами.
Масаса разводит руками:
— Может, сначала спросите мужа?
— Это его ответ, — спокойно поясняет брюнетка, и магиня опускает взгляд на кольцо мидасия на тонком пальце королевы-вице-регента.
— Что ж, понятно… — Масаса покраснела, осознав, что конунг Данила сейчас видит ее. Ее — женщину, что натравила на него лордов-дроу, а потом посмела прийти в его дом и предлагать сделку. — Простите…
— Не стоит извиняться, — как ни в чем бывало мило улыбается брюнетка. — Леди, хотите посмотреть местные яблони. В Багровом дворце они уже созрели.
— Эмм, пожалуй, нет, — с трудом удерживается Масаса. — Мне пора, да и Председателю нужно передать ваш ответ.
А Хоттабыч абсолютно точно не обрадуется отказу Данилы. И это глубоко тревожит Масасу. Старик вовсе не мстителен — он действует прагматично и любит решать вопросы делом: купить нужного человека для него проще и выгоднее, чем ломать его. Даниле он уже предлагал всё, что только мог придумать: высокое место в Организации, «корпоративные ясли» для сыновей, обещания покровительства и преференций — и даже личную группу Резчиков, тех самых смертоносных магов, чтобы удержать юношу на троне регента. Но всё проходит мимо.
Хоттабыч будет возвращаться с новыми уловками и более тонкими ставками; он умеет терпеливо шлифовать сделку, пока человек не соглашается. И всё же Масаса боится не столько его настойчивости, сколько того, что случится, если все попытки окажутся тщетны. Тогда Председатель, лишённый привычного способа купить лояльность, может и навредить конунгу Даниле. Сколько бы Организаторов он ни повергал хитростью и уловками, схватку со всей Организацией не выдержит никто.
* * *
Ну что ж, в пещерах нас пытались затопить да накрыть огнем из автоматических тяжелых громобоев. В первом случае Змейка просто прошла сквозь стену и дернула рычаг закрытия шлюзов. Во втором же…Для средней силы штурмовой группы это прокатило бы, но доспехи каменщиков-Грандмастеров держат и не такие удары. Поэтому Лорд Угля просто нарастил панцирь да заслонил нас собой.
Наконец выходим на вершину скалы. Мы в кольце стен, на мощенном внутреннем дворе крепости. Холодный ветер срывает с моего теневого шлема последние крупицы пыли и гарь — и я вижу перед собой выстроившуюся гвардию крепости.
Стоя под дулами громобоев, я сбрасываю доспех, и Лорд Угля помедлив повторил за мной. То же самое сделал и Ледзор, видимо за компанию, хотя ему нет никакого резона. Жены же остаются в защите и прикрывают меня с флангов.
Солдаты-дроу замирают, и в их глазах бегает испуг, когда узнают во мне и Лорде Угля тех, кого не ожидали увидеть.
— Ну что⁈ Нападете на своего лорда и короля-регента⁈ — басит Лорд Угля как разъяренный медведь. — Немедленно как следует поприветствуйте Его Величество Короля Данилу!
Нескольких секунд напряжённой тишины достаточно: солдаты опускают головы и тут же преклоняют колени.
— Они ваши, Ваше Величество, — громыхнул Лорд Угля.
— Что скажете в свое оправдание? — равнодушно спрашиваю.
— Мы не знали, что действуем против короля-регента и Лорда Угля! Простите нас! — говорит капитан, кадык трясётся. — Мы выполняли приказ лорда Балбеселя. Он говорил, что действует от вашего имени, милорд.
Я смотрю на колонну опущенных голов. Обычные солдаты, что с них взять? Виновник тут лишь один, его и надо наказать бессрочной службой в Легионе.
— Вставайте и ведите меня к Лорду Балбеселю, — приказываю без церемоний. — Капитан, ты пока не под арестом и все еще остаешься за главного в страже Зуба.
— Благодарю, Ваше Величество! — обрадованный капитан первым вскакивает. Он дает распоряжения своим людям вернуться и перекрыть все входы и выходы из замка, а сам с небольшой группой ведет нас вглубь крепости. Жены с любопытством заглядывают в окна. Виды с вершины скалы открываются шикарные.
По пути капитан вдруг огорошивает новостью:
— Ваше Величество, милорд, есть одна новость… пару часов назад, лорд Балбесель связывался с огромонами. Говорил… об эвакуации.
— Мало что предатель так еще и трус, — Светка смотрит дерзко на Лорда Угля. — Хорошие у вас вассалы, лорд.
— Простите, Ваше Величество, — стискивает челюсти лорд-дроу.
— Потом проведем проверку в вашем клане, лорд, — обещаю я с улыбкой.
Гвардейцы распахивают двери главного зала. Наши шаги гулко отдаются по мрамору, и я вижу его — Балбесель стоит посреди, бледный, потный, руки подняты, словно сдаётся ещё до первого удара. Его глаза метаются, он взывает взглядом к капитану в безмолвной помощи, но тот его игнорирует.
— Я сдаюсь! Сдаюсь, не убивайте! — бормочет Балбесель, и в голосе слышится одновременно страх и расчёт: страх за жизнь, расчёт на милость.
— Мило, что сдаёшься, — говорю я, подходя ближе, не показывая, что ментальный сюрприз уже готов. — Только поздновато. Я вообще-то твой король, а ты на меня и моих жен спустил железных саламандр, не говоря уже про потоп и громобои. Нехорошо, Балбесель, очень нехорошо.
— Ваше Величество, позвольте наказать моего неверного вассала? — просит Лорд Угля.
— А можно лучше я его сожгу? За приятные часы в пещерах! — вставляет бывшая Соколова, и Лена с Машей удерживаются от подобного предложения только в силу своего правильного воспитания.
— Порррубить, мазака? — Змейка уже и когти выпустила.
Ледзор только вздыхает и грустно смотрит на топор, поняв, что ему точно не достанется.
— Сколько желающих-то! Достал, Балбесель, ты нас всех, ох, как достал.
Он что-то лепечет дальше, пытается оправдаться. Я не хочу диалогов, мне не надо его раскаяние; мне нужна информация. Капитан что-то сказал про огромонов, а значит для Балбеселя возможно только одно наказание. Выбрасываю пси-хлыст — короткий, резкий импульс, который проникает в память и вытаскивает оттуда нужную память. В Легион, пожалуй, не буду добавлять — слабоват дроу. Память уходит ко мне, фрагменты карт, имён и планов вспыхивают перед глазами, как сцены, вырванные из фильма.
— Капитан был в чем-то прав насчет огромонов, — произношу я, когда информация складывается в чёткое понимание.
— Мой супруг, Балбесель в самом деле хотел сбежать в Огромонию? — спрашивает Маша, с презрением заморозив упавшее мертвое тело предателя, чтобы не воняло.
— Не совсем. Через пару часов к Зубу придёт тысячная армия огромонов.
— Что⁈ — одновременно вскрикивают все, кроме разве что Змейки, которая уже куда-то улизнула, видно, искать кофемашинку.
— Ледзор, скажи Зеле, чтобы альвы оставили лагерь и шли в Зуб, — распоряжаюсь я, ибо пара часов это не очень-то много на самом деле, да и вообще-то время условное. — Лорд Угля, а вы позаботьтесь о своих людях.
— Кофе, мазака!!!
— О спасибо, милая! Только его мне и не хватало. Пффф, ммм, горячий.
* * *
 Губернаторская резиденция, Провинция Гирза 
По заданию короля Данилы Леди Гюрза прибыла в резиденцию леди-губернатора Гирзы — некогда гордое здание, теперь покрытое вековой пылью. Слуги, едва державшиеся на ногах, таскали ведра и выбивали ковры, вычищая комнаты. Каменные лестницы усеяны осколками зеркал, где-то валялись перевёрнутые вазы, а тёмные пятна на стенах напоминали о недавних боях. Первая чистка, конечно, уже прошла, но порядок оставался мечтой.
Сейчас леди-дроу сидела во главе стола в переговорной комнате. Она беседовала с главой магистрата — сухим, нервным стариком, и с командиром местного ополчения, которому теперь поручена охрана в том числе новой леди-губернатора. Именно на его войско ей предстояло полагаться, и от этого осознания у неё неприятно сжимался желудок.
Командир оказался молод, чересчур самоуверен, с нагло задранным подбородком и холодным прищуром, свойственным дроу, едва попробовавшим власть. Его глаза то и дело скользили по фигуре Гюрзы слишком смело, почти вызывающе. Вот и сейчас он посмел на нее глазеть. Она ответила ледяным, испытующим взглядом, в котором ясно читалось предупреждение. Командир отвёл глаза, но слишком медленно — как бы демонстрируя, что делает это не из страха, а по вежливости.
Командир ополчения, конечно, прекрасно понимал: пускай перед и ним представительница короля Данилы, но прибыла она в Гирзу без родовой гвардии Ссил’Заратин, лишь в сопровождении Синих Плащей, которые уже успели покинуть резиденцию, дабы вернуться к охране Багрового дворца. Теперь Гюрза оставалась одна — в чужом городе, окружённая мужчинами, привыкшими грызться за власть.
Совещание длилось недолго. Гюрза вводила новые требования к налоговой политике, а глава магистрата вяло спорил, пока командир ополчения не перебил ее, откинувшись на спинку кресла и нагло заявив:
— Я тоже не считаю, что это стоит делать, миледи.
Гюрза медленно подняла голову, огромные чуть раскосые глаза сверкнули:
— Почему вы решили, что вообще можете что-то считать по этому вопросу, сир? Я — леди-губернатор и осуществляю политику самого короля Данилы.
Но командир только скривил рот в наглой усмешке, и, глядя прямо ей в глаза, ответил:
— Я отвечаю за вашу безопасность, миледи. Это и есть мои полномочия.
Шишка из магистрата молчал. По лицам присутствующих Гюрза мгновенно поняла: заговор уже зреет. Командир ополчения решился прощупать почву, чтобы подмять власть под себя, раз король далеко, а леди-губернатор находится здесь одна. Она ощутила, как мышцы непроизвольно напрягаются — стоило кому-то из них сделать шаг, и она бы метнулась первой. Псионический шторм накрыл бы наглецов. Подвести Данилу она не имела права.
Но прежде чем она успела ударить, дверь зала распахнулась, и вбежал запыхавшийся гвардеец. Щёки его покрывала пыль, дыхание сбивалось:
— Простите, миледи! В небе… зелёные ящеры! Мы должны немедленно поднять тревогу!
— Зелёные ящеры? Бешраны? — Гюрза резко вскинула подбородок, голос зазвенел радостью. — Это же личная гвардия короля Данилы! Где они?
— В облаках, госпожа! — выкрикнул солдат.
— Срочно на крышу! — приказала она, уже направляясь к лестнице.
— Не думаю, что это разумно…— успел процедить командир ополчения, но Гюрза обернулась через плечо, бросив холодно и отчётливо:
— Вы отказываетесь принять людей короля Данилы?
Фраза упала как удар молота. Командир осёкся, и, понурив голову, последовал за ней. Глава магистрата торопливо поднялся, подхватывая полы мантии.
Они взобрались на крышу, и там зрелище заставило всех замереть. Пять зелёных ящеров, мощных, как величайшие атлеты-физики, спустились на каменную площадку. Прочная чешуя переливалась изумрудным блеском, глаза с тройным веком светились разумом.
Гюрза выпрямилась, чувствуя, как внутри поднимается волна облегчения — Данила не забыл о ней.
Среди ящеров сразу выделялся командир — громадный, словно выточенный из тёмного нефрита. Его мощная шея была покрыта слоями блестящей чешуи, а в глубине янтарных глаз мерцал разум. Он сделал шаг вперёд, опуская голову в поклоне перед Гюрзой, и произнёс низким, гулким голосом:
— Я — Бис, госпожа. Посланник Птицы король Данила отправил нас в качестве ваших личных телохранителей, если вы не против.
Сдерживая радость, Гюрза едва заметно кивнула, но пышная грудь все равно бурно вздымалась. Да только прежде чем она успела ответить, командир ополчения, почувствовав, что из его рук ускользает власть над провинцией и над её леди, запротестовал неуверенно:
— Как вы смеете врываться без предупреждения! Да еще заявлять такое! Предупреждать надо специальной корреспонденцией!
Гигант по имени Бис медленно повернул к нему голову. Тень от его массивного тела накрыла командира целиком. Одним лишь движением он заставил воздух вокруг себя будто бы сгуститься, и даже солдаты у выхода невольно отступили.
— Мы проверяли, как вы охраняете периметр. Знаешь, могли бы и лучше. Есть ещё какие-то возражения, бесчешуйчатый?
Командир, до того красноречивый и надменный, побледнел, плечи его поникли. Он сглотнул, отводя взгляд, и пробормотал уже без прежней самоуверенности:
— Никаких возражений, сир… Разумеется, всё под контролем.
— Прекрасно, — мягко, но с несомненной властью произнесла Гюрза. — Я рада, что король Данила проявил заботу. Его решения всегда своевременны.
Она подняла голову, её взгляд устремился к небу, где в вышине мелькали новые силуэты. Вначале показалось, что это облака, но затем они расправили крылья, и воздух прорезал звонкий рев.
— Что это? — удивлённо выдохнула она. — Два дракона… и за ними еще?
Бис кивнул:
— Это тоже часть вашей личной гвардии, госпожа. Мушка и Зубастик. А вот те драконыши размером с волков — их детеныши. Королева Елена, что они засиделись в Невинске и им пора пожить в мире с сильным энерготечением. Король Данила приказал добавить к вашей личной гвардии также ещё пять десятков альвов. Они прибудут завтра и займут внешний периметр, чтобы обеспечить надёжную защиту во время вашего губернаторства.
Гюрза замерла, глядя, как драконы снижаются, переливаясь в лучах солнца. Один из малышей, пролетев слишком близко, осыпал крышу волной горячего ветра, от которой зазвенели оконные стёкла. У леди глаза блеснули. В груди вспыхнула гордость, переплетённая с тёплым, почти детским волнением.
— О драконах позаботятся, — важно кивнула леди-дроу.
Она не позволила себе улыбнуться, но в глубине глаз появилось мягкое сияние. Теперь-то ничто не помешает ей сменить командира ополчения, да заодно и главу магистрата, ну и, конечно же, воплотить в жизнь реформы Данилы.



Nota bene

        Книга предоставлена         Цокольным этажом        , где можно скачать и другие книги.      
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.
        У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по         ссылке         и 3) сделать его админом с правом на          «Анонимность»         .      
* * *
Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:
 #Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 36