#Бояръ-аниме. МИМ-4. Первопроходец



Глава 1

Песок арены скрипнул под моими ногами, когда я приземлился, а за барьером раздалось удивленное гудение гостей.
— Вот это поворот! — послышалось из-под потолка голосом ведущего. — Мне, знаете, много раз доводилось видеть, как люди пытаются сбежать с нашей арены… Но никогда еще я не видел, чтобы они на нее запрыгивали по своей воле! Кто же этот молодой человек и что он задумал?
Веспы, уже пикирующие на Старшую, при моем появлении на арене резко остановились, неистово жужжа крыльями. Вместо девушки их взгляды теперь были направлены на меня, и, казалось, они оценивали, стоит ли со мной связываться или лучше все же закончить с уже подраненной добычей.
На самом деле, конечно, ни то ни другое. Как и у любого насекого, у веспы слишком крошечный мозг для того, чтобы она могла вообще что-то там себе думать и оценивать. Просто появление новой вероятной угрозы в моем лице заставило сработать их инстинкты.
Пользуясь мгновением передышки, Старшая откатилась в сторону, к ближайшей дохлой веспе, из которой выдернула свое оружие, после чего бросила на меня короткий взгляд своих бесподобных кошачьих глаз.
Я улыбнулся и слегка поднял ледоруб, салютуя ей.
Она нахмурилась.
— Что ж, судя по всему, наш новый герой вовсе не желает причинят вред претендентке, а очень даже на ее стороне! Посмотрим же, чем все это закончится, признаюсь, мне и самому очень интересно! Да будет бой!
— Да будет бой! — громко поддержали его зрители за оградой.
И в тот же момент, будто им кто-то дал отмашку, веспы ринулись на меня.
— Вы приглашены на танец. — усмехнулся я, отпуская ледоруб и позволяя ему воткнуться в песок возле моей ноги. — Но вести буду я.
Я бы с удовольствием отозвал его, но здесь, под куполом магической защиты это не сработает. Именно по этой же причине я попросил Никса остаться снаружи — ведь, случись со мной чего, малыш даже не сможет покинуть пределы арены.
Но со мной ничего не случится.
Не на того напали.
Одна из весп опередила остальных и вырвалась вперед, словно ей больше всех не терпелось всадить жало в мою грудь. Ее-то я и выбрал целью, перехватил пистолет в две руки, вывел от груди, аккуратно совмещая целик, мушку и стремительно увеличивающуюся голову осы-переростка.
То, что они такие огромные — это даже хорошо в ряде случаев…
Я выстрелил, когда до веспы оставалась всего лишь метров пять — чтобы наверняка, чтобы не промахнуться. Мне нет нужды, как Старшей, метить им в крылья, я могу бить сразу в голову.
Две пули пробили хитиновую башку твари, и она сразу же рухнула на песок, катясь по нему кубарем и ломая крылья.
Со второй я покончил точно так же, не дожидаясь, а вот Хватило и двух не самых больших дыр для того, чтобы жесткое, как ламинированная фанера, крыло веспы разлетелось от набегающих воздушных потоков на клочки, и насекомое рухнуло на песок. Не желая тратить патроны, я ногой зацепил ледоруб, подкинул его, поймал рукоять в руку, увернулся от атаки четвертой твари, подбежал к раненой веспе и вонзил острие ей прямо между глаз.
Когда я развернулся к последней оставшейся в живых осе, она уже снова летела на меня, только с другой стороны. Я вскинул было пистолет, выцеливая ее голову, но воздух внезапно рассекла черная шаровая молния и обрубила ее крылья на корню.
Веспа рухнула на песок, я проводил ее падение стволом, но стрелять не стал. И правильно сделал, потому что через мгновение меж ее глаз вонзился непроницаемо-черный нож.
Старшая стояла как-то криво, явно пытаясь не переносить вес тела на раненую ногу, но по ее лицу нельзя было сказать, что она испытывает боль или страдания. Может, именно для этого она и носит свою маску — чтобы нельзя было определить ее эмоции?
От разлома на нас заходила уже вторая четверка весп, но вдвоем мы справились с ними намного быстрее. Одну на себя отвлекла Старшая, и легко обрушила ее на песок арены, где и оборвала жизнь гигантского насекомого, еще троих я расстрелял прямо на подлете. Заменил магазин в пистолете, сунул тот, что почти опустел в карман — нечего разбрасываться имуществом, — и снова поднял взгляд на загадочно пульсирующий разлом.
Прихрамывая, Старшая по спирали обошла всю арену и собрала все свое оружие.
А закончила эту спираль возле меня.
— Что ты здесь делаешь? — безэмоциониально спросила она, глядя в мои глаза.
— Узнала, да? — притворно вздохнул я. — А я думал, маска скроет мою личность.
— Она не скроет твой ледоруб.
— Ясно, в следующий раз на свидание с тобой возьму табличку «Сарказм». — я закатил глаза.
— Мне достаточно, если ты просто ответишь на мой вопрос. Что ты тут делаешь?
— Тебя спасаю, разве не очевидно?
— Я не п…
— Поблагодаришь потом. — перебил я ее, глядя, как разлом снова набираем цвет. — Мы тут пока еще не закончили.
Из разлома одна за другой, стройным рядком, вылетали веспы. И сейчас их должно было быть шестнадцать. Шестнадцать огромных ос-переростков, каждая размером с половину человека. Вылетая из разлома, они не торопились атаковать, а сбивались в плотный рой неподалеку, направив на нас взгляды и свои острейшие жала.
Плохо. Не знаю почему, но в этот раз они явно собираются атаковать не по одному и даже не мелкими группами, как до этого, а кинуться сразу всей кучей. Причем скорее всего — даже по разным направлениям, окутывая нас как облаком.
— Держимся рядом. — произнес я, и Старшая только молча кивнула, сжимая в левой руке нож, а в правой — свой диковинный сюрикен.
— Тогда поехали.
И, не дожидаясь, когда все шестнадцать весп займут свои места в боевом порядке, я поднял пистолет и принялся стрелять.
В этом плотном осином облаке можно было особенно не целиться, а просто лупить куда-то хотя бы примерно в их сторону — все равно попадешь.
И так оно и случилось — сразу две веспы упали на песок арены, потеряв способность к полету.
Зато все остальные тут же недовольно загудели и ринулись к нам.
Они разделились на две кучи примерно равных размеров и накинулись на нас с разных сторон. Гудение десятков крыльев на все лады заполнило пространство под куполом, словно мы оказались в гигантском электрическом трансформаторе, забило уши, практически лишая нас слуха и заставляя перестать полагаться на этот орган чувств.
Черт, а ведь в Виварии ничего не написано о том, что веспы способны вот на такие… звуковые атаки! Или все дело в том, что мы находились в закрытом подземном помещении?
Ай, плевать!
Я выстрелил три раза, и две веспы рухнули на песок. Они не собирались сдаваться и даже после чувствительного падения вскочили на тонкие лапки и с угрожающим видом пошли на меня. Но я пока что оставил их без внимания, потому что еще одна оса атаковала меня со спины, и я заметил это лишь по приближающейся тени.
Я развернулся и встретил ее ударом ледоруба снизу вверх. Клюв, легко способный по остроте и прочности поспорить с жалом веспы вонзился в ее брюшко, и я тут же потянул рукоять вверх, через себя, буквально опрокидывая веспу на песок! Какими бы опасными они ни были, но весят они не больше средней собаки, так что и такой метод борьбы с ними вполне работает!
А на меня уже пикировала четвертая веспа, словно собиралась пронзить меня жалом прямо от макушки для пяток.
Я откатился в сторону, и острое хитиновое копье бесславно ушло в белый песок, расшвыривая его, словно от миниатюрного взрыва. Я вскочил на ноги и практически в упор выпустил две пули, отчего веспа моментально бросила все попытки взлететь снова и издохла, прекращая бить крыльями.
А до меня, между делом, добрались первые два подранка, и пришлось вернуться к ним. Ледоруб я уже успел вытащить из брюшка третьей осы, так что встретил противников вихрем прочной стали — патроны все же хотелось сэкономить.
Старшая тоже не теряла времени — на самом краю зрения то и дело мелькал размытый вихрь стали и черной ткани, в который превратилась девушка. Она словно забыла о ране в ноге и снова двигалась так быстро, что буквально размазывалась в пространстве. Ее ножи чертили воздух, отсекая крылья, головы и лапы, а два сюрикена постоянно были в воздухе и возвращались к хозяйке лишь только для того, чтобы через мгновение снова отправиться в полет.
Она явно воспряла духом после того, как увидела меня, в нее как будто какую-то закись азота впрыснули!
Старшая снова поймала веспу прямо в момент атаки — ушла в сторону и перерубила тонкий стебелек, соединяющий брюшко и головогрудь. Ее всережущим ножам было без разницы, что попадет под клинок, даже если это будет сверхпрочный хитин магической твари, поэтому веспа тут же лишилась половины веса, неуклюже подпрыгнула вверх от такого неожиданного облегчения, врезалась в свод пещеры, ломая крылья, и упала на песок, заливая его черной жижей.
Но весп было слишком много для Старшей. Ее сюрикены можно назвать оружием дальнего боя лишь с большой натяжкой, да и атаковать они могли одновременно не более двух целей, а то и вовсе — одну, настолько плотно осы-переростки окружали нас.
— Слева! — предупредил я, видя, как на Старшую заходят со спины, и она молниеносно отреагировала. В ее руке снова развернулся сюрикен, который она мгновением раньше поймала и сложила, и девушка тут же швырнула его влево, точно в веспу, но при этом — не глядя. Ориентируясь только на мою подсказку.
Да, мое появление ее явно обрадовало…
Как бы упорно она ни пыталась этого не показывать.
Сюрикен вонзился в голову твари, из-за чего она рухнула на песок и проехала добрый метр вперед, а Старшая сцепилась еще с двумя новыми веспами. От одной увернулась, умудрившись на противоходе чиркнуть по ее крыльям, а вот от второй уже не получилось, и острое жало рвануло плечо девушки.
И не просто рвануло, а пробило его насквозь…
Старшая не издала ни звука. Она просто молниеносно махнула ножом, отсекая жало у самого брюшка, а потом, продолжая это же движение — распилила осу пополам в горизонтальной плоскости.
Я к этому моменту уложил уже пятерку своих противниц, и не получил пока еще ни царапины. Видя, что у девушки дело плохо, я поспешил к ней, стреляя на ходу по веспам, чтобы не дать им возможность собраться вместе для атаки.
Щелкнул затвор, вставая на задержку, и я, не сдержавшись, тихо ругнулся — перезаряжаться времени не было.
Так я и налетел на ближайшую веспу, с размаху пробивая ее череп ледорубом сверху-вниз. Она, сосредоточенная на девушке, даже не поняла, откуда исходит опасность и издохла даже раньше, чем я выдернул оружие из башки.
Вторая попыталась зайти сзади, атакуя раненую Старшую, но я опять же теням заметил этот маневр сместился, подставляясь на траекторию атаки. Или, вернее, подставляя ледоруб, который тут же удлинил, превращая его в косу и срубая веспе крылья задолго до того, как она коснулась меня или Старшую своим мерзким жалом.
— Я готова… — прошелестело за спиной, и воздух снова запел под клинком ножа. На сей раз лишь одного, ведь у Старшей только одна рука осталась рабочей.
И мы встали спиной к спине, отбиваясь от атак изрядно поредевшего, но не утратившего животной злобы и ненависти, роя. Они атаковали без передышки, одна за другой, теряли крылья, падали на песок, ползли на переломанных лапах, пытались добраться до нас даже ценой собственных жизней — им все было нипочем! Одна из них даже умудрилась добраться до меня и попытаться укусить за колено, но я вовремя вставил ледоруб между ее челюстями, так, что они лишь слегка царапнули кожу.
Я начал уставать. Движения мои замедлились, и, может, этого не было заметно со стороны, но я-то чувствовал, что тело перестает справляться с нагрузками. Что касается Старшей — вообще неясно, как она вообще умудряется держаться на ногах, в ее состоянии!
Но — как-то держалась.
И вот наконец последняя веспа упала на песок, и я быстро пробежал глазами по арене, пересчитывая тела. Одно, два, четыре, десять, двадцать, тридцать… Так, должно быть тридцать одно. А, вот последнее. Значит точно все на месте, никто нигде не спрятался.
— А ты умеешь развлекаться. — хмыкнул я, стирая с ледоруба черную вязкую кровь веспы о грань ближайшего крыла. — Не скажу, что одобряю, но и осуждать, конечно же, не буду.
— Твоего мнения спросить забыли. — ответила Старшая, и в ее голосе, возможно, впервые за все время нашего знакомства промелькнуло что-то, похожее на эмоцию — на сарказм.
— Согласен, упущение. — кивнул я, меняя магазин в пистолете. — В следующий раз не забудь. А сейчас приготовься к новой волне.
— Новой волны не будет. — прошелестела Старшая. — Это «носорог». Он закончился.
И, переведя взгляд на разлом, я понял, что она права. Разлом действительно стремительно терял цвет и движение маны в его глубине замедлялось и замедлялось. Словно все это время разлом работал от розетки, а сейчас его выдернули из нее и он продолжает работать лишь по инерции, неумолимо замедляясь, пока не остановится вовсе.
— Не может быть! — раскатилось под сводом пещеры. — Вы только посмотрите! Они отбились! Это был невероятный бой с невероятным завершением! Разлом класса «носорог» был официально закрыт всего двумя людьми, и…
Я задрал голову наверх, поднял пистолет и несколько раз выстрелил в сторону звука. Судя по всему, попал, потому что голос резко смолк и над ареной наконец-то воцарилась тишина.
— И он еще мне говорит что-то про умение развлекаться. — еще бы чуть-чуть, и я бы поклялся, что слышал, как Старшая хмыкнула. — Скажи, вот ты меня спас, допустим… А себя ты как теперь спасешь?
— О чем речь? — я снова посмотрел на нее.
— Как ты собираешься отсюда выбираться? Да еще и так, чтобы остаться живым и невредимым?
— А ты? — улыбнулся я.
— У меня есть возможности. — Старшая покачала головой. — Свои возможности, не доступные тебе. В конце концов, я сюда официально приглашена, так что и выйти с арены могу так же легко, как и вошла сюда.
— А я не могу?
— А тебя никто не приглашал. Кроме того, ты, можно сказать, испортил игру всем этим людям. Наверняка многие ставили против меня, когда узнали, какого класса будет разлом, и ты смешал им все карты тем, что помог мне победить. Ты же не думаешь, что после такого они будут рады тебе? Что они вообще позволят тебе выйти с арены живым?
А ведь она права. И дело даже не только и не столько в нелегальных ставках, которые тут, конечно же, цвели буйным цветом, сколько банально в том, что я для этих людей — непонятная величина. Никто из них меня не знает, но они уже видят, что я опасен. А опасное должно быть уничтожено, даже если оно только что показало, что способно закрывать разломы класса «носорог».
Тем более, если показало…
Так что Старшая права — стоит мне выйти за пределы барьера Арены, и автоматическая пушка под потолком, на которую я совсем недавно любовался, скорее всего, откроет по мне огонь так же, как она сделала бы это по отношению к любому монстру. И никто даже слова не скажет против, и возмущаться не будет. А если и будет, то организатор просто скажет — мол, сам виноват, не дождался, когда ее отключат, чтобы он смог спокойно выйти.
И будет прав, что самое противное.
Получается, я типа в ловушке. Использовать свой личный телепорт не могу, ведь вокруг блокирующее магию поле. Никс тоже остался снаружи, и никак не может мне помочь. А собственной магии именно сейчас, после ритуала поднятия ранга, у меня — кот наплакал. Вернее, умение с ней обращаться конкретно сейчас — на нуле.
Но ведь сама-то по себе мана все еще во мне. Она никуда не делась, ее не стало меньше, я все еще полон ею!
И, поняв это, я улыбнулся.
А Старшая посмотрела на меня с подозрением:
— Сияешь так, словно придумал. Ты нашел какой-то выход?
— О да. — я перевел на нее взгляд и подмигнул. — И он, по традиции, находится там же, где вход.
И, разбежавшись, я рыбкой, вытягивая руки вперед, прыгнул в уже практически побелевший ралом!



Nota bene

        Книга предоставлена         Цокольным этажом        , где можно скачать и другие книги.      
        Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться         Censor Tracker         или         Антизапретом        .      
        У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в         Ответах        .      
* * *
Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:
 #Бояръ-аниме. МИМ-4. Первопроходец